Когда на рубеже двадцать первого века учёные с азартом бросились создавать искусственный интеллект, это привело к тому, что появились умные дома, голосовые помощники и искины, управляющие автомобилями, самолётами и целыми автоматизированными цехами. Десятилетиями технологии усложнялись, искусственный интеллект развивался. Когда наступила эра нанотехнологий, люди поняли, что создали настолько технически сложные системы, что среднему человеку не справиться даже с обычной бытовой техникой. И тогда им на помощь пришли виртуальные помощники, управляющие наномашинами, подарившие землянам настоящую магию, только основанную на технологиях.
Искинам для удобства коммуникации создавали голографический образ. И выбрать можно было что угодно – от мужчины или женщины до любого представителя из открытых миров – или воплотить любую фантазию. Визуальный облик не влиял на рабочие функции. Всё это за доли секунды промелькнуло в моих мыслях, а потом и они исчезли, оставив звенящую пустоту, когда передо мной развернулось виртуальное окно с голозаписью.
Рик стоял на берегу моря в том образе, что сейчас демонстрировала голограмма. Ветер трепал его волосы, руки засунуты в карманы и та же самая грустная улыбка.
– Если ты это смотришь, значит, я умер, и ты получила мой прощальный подарок, – он отвернулся и потом снова посмотрел в голопроектор. – Прости, всё не должно было так закончиться. Не буду говорить много, мы уже всё сказали друг другу. Единственное, что сейчас имеет значение, – твоё будущее. Помнишь Сорина?
Я машинально кивнула, слушая и не веря происходящему. Сорин – искин-помощник моего отца, он отвечал за функционирование всей научной лаборатории и был уничтожен во время взрыва. Я не понимала, почему Рик заговорил о нём.
– Он с тобой свяжется в ближайшие дни. Следуй всем его инструкциям. И, Нира, прошу тебя – живи... живи за нас обоих.
Запись погасла, снова погрузив убежище во мрак, лишь отсветы голограммы освещали небольшой участок кухни.
– Когда он узнал, что умирает, – заговорила голограмма, – то не захотел оставлять тебя одну и создал меня на основе своих знаний, опыта и воспоминаний. Кристалл с моим сознанием находится в считывателе, встроенном в браслет. В меня заложено множество функций и одна из них – возможность путешествовать с тобой по другим мирам. Это была последняя разработка Рика. Его прощальный подарок.
– Замолчи! – я в истерике, хватаясь за голову, а потом в остервенении попыталась содрать браслет с запястья, но он не открывался. Тогда я принялась бить им по столу в надежде раскрошить на мелкие кусочки, добраться до кристалла искусственного интеллекта и его разбить. – Ты не Рик! Ты не Рик! Не смей им быть!
Упав на колени, я зарыдала в голос, обхватив себя руками и раскачиваясь из стороны в сторону.
– Что же ты наделал? Почему раньше не сказал? Когда всё ещё можно было исправить?
– Он не знал, что излучение энергоустановок подземных уровней заставляет его ДНК мутировать, пока не образовалась опухоль. Только во время обследования выяснилось, что восстановить изменённые гены уже невозможно, слишком много накопилось повреждений.
– Замолчи! – мой голос упал до шепота, слёзы продолжали градом катиться по щекам.
– Ты задаёшь вопросы, моя задача на них отвечать.
Я закусила губу, заглушая очередные рыдания. Это просто программа, она выполняет то, на что её запрограммировали. И это единственное, что осталось у меня от Рика. Частичка того, кто больше никогда не вернётся. Когда-то люди хранили портреты своих ушедших близких, потом появились фотографии, видеозаписи и сменившие их голограммы. А мне достался виртуальный помощник.
– Тебе входящий вызов от неизвестного абонента. Принять?
– Прими.
Кто бы ни звонил, мне уже было всё равно. Больней, чем сейчас, уже не будет... Но я ошиблась.
С развернувшегося голоэкрана смотрело моё прошлое.
– Здравствуй, Челси, – с отеческой улыбкой произнёс Сорин. – Наконец мы снова встретились.
Глава 1
– Воровка!
– Лови!
– Хватай!
Крики за спиной, топот бегущих стражей, бряцающих доспехами и лязг выхватываемых мечей помогли открыть второе дыхание. Вильнув в подворотню, пронеслась до тупика, перемахнула через перегораживающий проулок каменный забор. Приземлилась перекатом и, вскочив, помчалась дальше, петляя как бешенный заяц, улепётывающий от лисицы. И хотя крики стражи давно стихли, я всё равно пробежала ещё два квартала, специально выбирая узкие улочки, напрочь лишённые света. И только ощутив чувство полной безопасности, перешла на шаг.