Переводчик в ухе, разработанный ещё отцом, практически сразу помог понять местный диалект. Сложнейшая программа анализировала не только звуки, жесты и мимику, но и тональность голоса, соотнося их с огромной информационной базой, собранной с множества миров, и делала перевод достоверным с точностью до девяноста двух процентов. Что ещё мог кричать человек, тыча пальцем и удивлённо таращась? А вот то, что следом на его лице отразилась злость, не хорошо.
– Да не может быть!
– Где?
Ещё двое завертели головами, вскидывая странные копья со светящимися кристаллами на конце. Пора уносить ноги. Похоже, лисехвостов здесь не любят.
С кристаллов с треском сорвались голубые сгустки энергии и полетели в мою сторону. Я бросилась бежать. Нанокостюм принял на себя первые заряды. Они не пробили умную ткань, растеклись по ней голубыми молниями и ушли в землю. Неужели электричество? Новый треск позади и пролетевший над ухом очередной сгусток заставили отбросить посторонние мысли и максимально ускориться. Заряд врезался в дерево впереди, оставив в нём круглую дыру. Я дёрнулась в сторону, уходя от ещё одного сгустка, подпалившего кусты, и понеслась по лесу, петляя между зарослей не хуже настоящей лисицы. Вскоре местные безнадёжно отстали, и я перешла на шаг.
– Рик! – привычно позвала помощника, и когда он не появился, вспомнила, что он сейчас со мной дома.
Нет, без искина я не осталась, приобрела обычную модель для управления нанитами комбинезона. Никакого другого виртуально помощника, кроме Рика, я не хотела. Справлюсь сама.
Итак, что я имею? Принадлежу к расе, которую тут не любят. Надо выяснить почему, это может стоить жизни. По той же причине рискованно сразу идти на контакт с местными. Нужно сначала за ними понаблюдать.
Обычно чем поселение дальше от цивилизации, тем дремучей его обитатели. Значит, надо выбираться в большой город, там народ всегда терпимей. Но если выяснится, что в перспективе всё очень плохо, искать другой мир. Безопасность моя и Милисенты приоритетна.
Это всё потом. Главное, сейчас выбраться из леса, хотя бы к реке. Но если учесть, что в своём мире я бывала в лесу за всю жизнь от силы раза три, а в других мирах и подавно старалась не высовываться из городов, то самое время паниковать.
Эмоции! Нельзя им поддаваться, иначе Владыка эльфов мгновенно поймёт, что это не я лежу с температурой в своей спальне. Остановившись, упёрлась рукой в дерево и очень натурально стала кашлять. Заодно и лёгкие прочистила и восстановила сбившееся дыхание. Странная настороженность, которую я до этого испытывала, вдруг схлынула, вернув моим мыслям привычную ясность. Что за чертовщина со мной творится? Или это мои инстинкты предупреждают об опасности?
Я тут же залегла в подлеске, закидав себя прелыми листьями, и почти час пролежала, прислушиваясь к звукам леса. Но никто меня не преследовал. Спасибо новым ушкам – я теперь слышала намного лучше. И обоняние обострилось, но ничего подозрительного вокруг не происходило. И тем не менее меня то и дело накрывало совершено непонятными эмоциями: страх, беспокойство, паника, спокойная решимость и опять тревога и беспокойство. Может, я в этом мире эмпат? И рядом есть кто-то с похожими эмоциями? Но тогда я бы его почувствовала. А если не рядом? Если вообще в другом мире?
– Нира, ты тупица, – застонав от неожиданной догадки, я уткнулась лицом прямо в листву, вдыхая её влажный, прелый запах, смешанный с ароматом земли и привкусом приближающейся грозы. – Это не твои чувства, это Его Величество страшно волнуется от того, что ты так внезапно заболела!
Впору смеяться, но хотелось плакать. Если он лично явится проведать больную? Сорин сыграет меня великолепно, но это будет внешне. Владыка не дурак, если эмоции не будут совпадать с поведением, он раскусит нас в два счёта. Значит, надо уладить все дела как можно быстрей и возвращаться, пока он не понял, что его водят за нос.
Гроза застала меня всё в том же лесу. Трансформировав комбинезон в походную непроницаемую для дождя и холода палатку, я сидела в ней обнажённая и с интересом рассматривала новое тело. Кожа стала белоснежной и с неё исчезли все до единой родинки, а с рук и ног пропали все волоски – и это здорово! Иметь пушок с такой кожей было бы обидно. Скелет стал тоньше, сделав меня субтильной, как эльфы, рост тоже выше среднего. Лисий хвост совершенно не мешал сидеть, скрестив ноги. И копна белоснежных волос спадала ниже попы и согревала спину наподобие настоящей шерсти. Миллион кредитов за зеркало! Ужасно хотелось посмотреть на изменившееся лицо, но и того, что видела, хватало, чтобы испытывать жгучую зависть к лисехвостам. Даже облик дроу был не таким эффектным. Я бы не отказалась от такого тела и в моём мире, но именно мне путь генной модификации был навсегда заказан, потому что моя особенность перемещаться между мирами была завязана на уникальном генокоде, зашифрованном в теле. Генокод, ради которого все спецслужбы заново откроют на меня охоту, если узнают, что мне удалось тогда выжить.