– Всё, я готов.
Я икнула.
– Рик, ты ли это?
Мужчина сверкнул глазами и бесшабашно улыбнулся.
– Взломал базы военного министерства и позаимствовал несколько интересных схем для боевых искинов.
– Всего лишь несколько?
– Или не несколько, – он пожал плечами.
– И как ты собрался протащить этого монстра за пределы башни?
Он вообще помнит про ограничения для нанитовых тел искинов?
– А мы разве не сказали? – Сорин изобразил такое искреннее удивление, что у меня по спине поползли мурашки, перевёл взор на Рика и улыбнулся отеческой улыбкой. – Покажи, сынок.
– Эм, лучше бы в облике робота, ну да ладно.
Рубашка распахнулась, грудь мужчины стала прозрачной, и там, где у людей бьётся сердце, я увидела тёмный кристалл с полыхающими внутри багровыми искрами.
В горле разом пересохло, и я заговорила сиплым голосом:
– Только не говорите, что это то, о чем я думаю.
– Ладно, не скажем, – грудь Рика приняла обычный вид, и он с самым невозмутимым видом застегнул рубашку.
– Тоже ваша последняя разработка? – я сощурилась.
– Одна из последних, – с гордостью сообщил Сорин. – Портативный блок питания для поддержания нанитового тела. Его заряда пока хватает на три часа, но мы над этим работаем.
Он надел мне на другую руку второй наруч.
– Это контейнер, переносить энергоблок, сделан так, что никто не засечёт его излучение.
Классно, теперь у меня в кармане будет переносная бомба, которая может разнести полгорода, а они шутники, однако.
Эй, а что происходит?
– Рик, ты что делаешь?
Мужчина прямо на моих глазах осыпался чёрной пылью. И в ней, как рубин на бархатной подушке, остался лежать кристалл энергоблока с пульсирующими всполохами, словно биение пульса. Наклонившись, взяла его в ладони и замерла со смесью благоговения и ужаса.
– Осторожно, – Рик, появился в виде голограммы. – Ты держишь в руках моё сердце.
Я вздрогнула, чуть не уронив кристалл. Символично, аж до мурашек.
– Не волнуйся, я не дам ему разбиться.
– Ну положим, чтобы разбить, по нему надо ударить, как минимум, метеоритом, но мне приятно, что оно будет у тебя, – улыбнулся мужчина.
– Умеешь ты всё испортить, – я тоже зафыркала от смеха, убирая кристалл в контейнер. – Ты зачем сбросил тело?
– Сейчас от меня будет больше пользы как от искина. Материализуюсь, когда будет необходимо.
– И как мы потащим с собой наниты?
Пыль под ногами пришла в движение и вскоре там остался лежать обычный военный бронежилет. Понятно – тащить мне.
– Я хоть подниму его? – предположила, вспоминая робота. – В нём веса, наверно, полтонны.
– Он оснащён антигравитационным блоком, – Сорин помог надеть жилет, сам проверил все застёжки и подтолкнул к Рику.
А мне стало интересно, я бы вообще когда-нибудь узнала, чем они занимаются за моей спиной, если бы не исчезновение Милисенты?
Пока летели, я молчала, но по глазам наставника видела – он прекрасно понимает, что моего терпения хватит ненадолго.
– Вы хоть осознаёте, что изобрели? – до меня только сейчас дошли масштабы катастрофы, которая разразится, если о виртуализации сознания и портативном блоке станет общеизвестно.
– Бессмертие? – Рик округлил глаза в притворном удивлении. И видя, как я задохнулась от возмущения, захохотал.
– Рик не смешно.
– А, по-моему, очень, – мужчина плавно повёл флайер на снижение, мы быстро приближались к точке исчезновения Милисенты. – Ты рано паникуешь, Нира. Технология, как минимум, недоработана. Три часа автономного питания – ни о чем по сравнению с запросами искинов.
– А когда вы её доработаете? Ты понимаешь, что каждый, кто окажется на пороге смерти, захочет оцифровать сознание и обзавестись нанитовым телом? А учитывая ваши практически безграничные возможности, оцифруется все человечество, что тогда станет с нашей цивилизацией?
– Мне лестно, что ты такого мнения о моих возможностях. Но они далеко не безграничны. И когда действую как искин, я всегда предельно осторожен, иначе грамотная защитная программа сотрёт меня до настроек пылесоса. К тому же сервера будут подконтрольны живым. Думаешь, люди захотят себе такого будущего? Так что говорить о каком-то технологическом прорыве рано. И ты забываешь, что многие компании ведут разработки в этом направлении. Просто мы с Сорином оказались первыми.