– Рик, твой выход, – открыв контейнер, достала энергоблок.
Бронежилет начал с меня осыпаться, чёрными струйками наниты перетекли на соседнее кресло и спустя полминуты Рик появился в нанитовом теле, замерцал, исчезая под инвизом, и выпрыгнул из флайера, приземлившись позади толпы журналистов. Сработал антиграв, иначе бы он пробил бетон, уйдя в землю по колено. Мельком глянув на свой браслет, задохнулась от изумления – кристалл был пустой. Это что получается? Он переместил сознание в новое тело?! Очередная секретная разработка этой парочки, дающая полную автономность искинам? Теперь понятно, почему Рик не признавался, что выжил. Что он мог мне дать, оставаясь программным кодом? Только всегда быть рядом под видом индивидуального помощника. Но с изобретением новых технологий ограничений больше нет, и у него появилось будущее.
– Принимай картинку сканирования, – раздался родной голос в наушнике.
– Вывожу в допреальность.
Мир перед глазами расцветился зелёными неоновыми нитями – эльфийская магия Милисенты или её ребёнка.
– Тогда не отставай!
Рик развернулся, и смазанная тень, видимая только благодаря допреальности, понеслась по улицам с такой скоростью, что я едва успевала догонять его на флайере, лететь на сумасшедшей скорости, лавируя между башен, ныряя под мосты, на грани фола уворачиваться от встречных аэрокаров. Никакой секс не подарит столько адреналина. Неожиданно даже для меня Рик вдруг прыгнул с моста в залив.
– Да чтоб тебя! Режим батискафа!
Я направила флайер в воду. Что-то тяжёлое ударило в борт, открылся люк, замерцавший силовым полем, иначе бы меня затопило, и сквозь него прошёл абсолютно сухой мужчина. Задраил дверь, перебрался в кабину и расположился на кресле второго пилота. Я взмокла как мышь, а он даже не запыхался. Чёрт, я тоже хочу быть искином!
– Следуй за её магией.
Я направила батискаф за тонкой изумрудной полосой, видимой в допреальности, уходящей в мутную глубину залива. Вскоре луч прожектора высветил на дне бронированные ворота, которые при нашем появлении отворились и, едва мы оказались в шлюзе, съехались обратно, загерметизировав отсек.
– Откачка воды, – ударил по ушам голос искина, управляющего подводной базой. – Всем существам, не приспособленным к жизни в атмосфере, надеть акваскафандры, давление атмосферы 1g.
Вода стекла до пола. В стенах шлюза открылись проёмы, и из них выдвинулись стволы пушек, взявшие флайер на прицел.
– Что за...
– Не предпринимайте агрессивных действий, покиньте уникар, – продолжал вещать искин.
– Рик, ты куда нас завёл?
–Милисента здесь, надо только её найти.
– Ясно.
Мы вышли из флайера, держа руки поднятыми, показывая, что безоружны. Я косила взгляд на напарника. Он был абсолютно неотличим от человека и принял свой любимый облик – классические брюки, туфли и небрежно застёгнутая белая рубашка с рукавами, закатанными до локтя.
Двери шлюза, ведущие вглубь базы, разъехались в стороны, и сопровождаемые движением пушек мы вошли в коридор.
«Не волнуйся, они не поймут, что я искин, не тот уровень технологий», – услышала его голос в наушнике.
Хорошо. За Рика я сама разнесу эту базу к чёртовой матери. Я не готова потерять его ещё раз.
Пока мы следовали за голографическими стрелками по коридорам базы через открывающиеся перед нами дверные шлюзы, появилось стойкое ощущение, что мы на космическом корабле.
В нашем мире исследование космоса шло вялыми темпами, зато фильмов про него было хоть отбавляй. Бурный всплеск интереса на заре открытия космонавтики практически сошёл на нет после изобретения нанитов. Отправлять корабли в космос за редкими ископаемыми больше не имело смысла, с их созданием прекрасно справлялись промышленные синтезаторы. И за последние триста лет никакие инопланетяне к нам не прилетели и не ответили ни на один из отправленных в глубокий космос сигналов.
Идея о переселении на Марс и другие планеты Солнечной системы тоже стала не актуальной, как только до людей дошло, что все, кто переберётся туда на постоянное место жительства после генной модификации тела, никогда не вернутся на Землю. Да и зачем, если для путешествий открыты десятки других миров? Ученым на их исследование не хватало людей и ресурсов. Какой уж тут космос!
Очередные двери-шлюзы открылись, впустив нас в зал управления. Над круглым столом висели голографические экраны, вокруг – глубокие кресла с операторами. Одно развернулось и из него поднялась высокая женщина в белом комбинезоне с синими лампасами на рукавах и брюках. Короткая стрижка на вьющихся каштановых волосах. Холодный взгляд карих глаз на красивом бледном лице и плотно сжатые губы выдавали, что нам тут не рады.