Но куда же запропастилась Пирьо?
Ближе к ночи Ширли решила, что она неверно поняла ее. Что привычный распорядок ожидает Ширли лишь со второго дня пребывания в изоляции. А поначалу ей полагается немного попоститься.
Укрепившись в этой мысли, она взяла синюю книжку и принялась медленно и вдумчиво изучать, к чему, по мнению Ату, должен был прийти избранный ученик по завершении периода очищения, а также через какие обряды придется пройти, чтобы в полной мере испытать все лишения добровольной изоляции.
Именно добровольной! Это слово Ширли повторяла про себя вновь и вновь. Да-да, совершенно верно – ведь ее никто ни к чему не принуждал. Она пошла на испытание добровольно.
Ширли читала дальше, но так и не обнаружила в указаниях, данных Ату, никаких намеков на положение, в котором оказалась в данный момент. Ни слова о посте, продовольствии, стирке и прочих бытовых вещах.
Поначалу она удивилась.
Затем встревожилась.
А дочитав до тридцать пятой страницы, пришла к убеждению, что дело нечисто.
«Сейчас все возвращаются с утреннего морского обряда», – думала Ширли, когда лучи утреннего солнца рикошетом ударили в стеклянную крышу. А значит, строительная бригада, которая возводит новое святилище, уже через несколько минут окажется совсем неподалеку. Да, их разделит несколько сотен метров, но если она закричит достаточно громко, то наверняка будет услышана.
Она сидела на кровати и качала головой, как болванчик. Вопрос заключался в том, каким образом следовало расценивать происходящее. Ширли обвинила Пирьо в жутких вещах – и вот теперь очутилась здесь. Можно ли было трактовать это как своего рода месть, или скорее как испытание, подобное тем, что посылал Господь Моисею или Аврааму? Неужели это проверка на прочность типа сорокалетних странствий в пустыне, или несчастий, обрушившихся на Иова? Если б люди, стоящие во главе Академии, решили испытать ее благонадежность, как бы они поступили?
Ширли нахмурилась. Почему она думает о «них», во множественном числе? Разве не выглядит все как инициатива Пирьо? Разве не принадлежал Пирьо сам замысел и его реализация?
Ширли откинула голову назад и, раскачиваясь из стороны в сторону, устремила взгляд на скользящие мимо облака. Всегда, во все времена лучшее утешение в любом испытании было одинаковым: песня бурлаков, которые надрывались до смерти, волоча суда вдоль донского берега; госпел или блюз чернокожих рабов на хлопоковых плантациях; умиротворяющаяя песенка матери, которая убаюкивает больного ребенка.
«Песня прогоняет скорбь, – не уставала повторять ее мама после ссоры с отцом. – А если петь достаточно громко, то и мужчину тоже», – добавляла она. И то правда.
Ширли улыбнулась. «Пой-пой, тебе ведь не платить налогов, – сказал крестьянин жаворонку», – так отвечал отец, когда пребывал в более-менее хорошем настроении.
И вот, в один прекрасный день песня смолкла в их доме навсегда.
В течение четверти часа Ширли тихонько напевала, прислушиваясь к звукам, доносившимся извне. Однако, не уловив ни стука молотка, ни криков со стройки, она пришла к выводу, что и ее тоже вряд ли услышат.
А может, рановато еще поднимать панику? Да, пожалуй, что так.
«Голод вышибают песней и смехом», – изрекал отец, запирая Ширли в комнате без еды и питья. После чего она целый час безнаказанно могла громко петь.
Ширли выпила чуть ли не литр воды из-под крана в туалете, пытаясь заглушить голод. Она делала все для того, чтобы избежать дурных мыслей, и прочитала руководство Ату несколько раз подряд. Исполнила необходимые ритуалы, произнесла мантры и вознесла молитвы Гору, затем принялась повторять основные пункты учения о натурабсорбции и попыталась погрузиться в медитацию так глубоко, что едва не забыла о сне.
По прошествии полутора суток она стала звать на помощь по-настоящему.
А когда голосовые связки перестали подчиняться ей, она замолчала.
Глава 42
Понедельник, 12 мая 2014 года
– Вот и пообщался я с Кейт Буск!
Карл несколько раз моргнул. Похоже, он что-то пропустил?
Мёрк опустил глаза – одна нога в ящике, вторая в корзине для бумаг. Ага, судя по всему, он немного вздремнул.
– Кейт Буск? – Карл сомкнул глаза и попытался вернуться в реальность, многозначительно кивнув Ассаду. Кажется, ему снилась Мона. Но кто же такая Кейт Буск?
– Кейт – это женщина, которая была знакома с владельцем «Фольксвагена», Эгилем Поульсеном. Та, что участвовала в движении за мир во всем мире, – объяснил Ассад. Неужели он все-таки умеет читать мысли? – Я разъяснил ей, почему нам так важно отыскать парня с фотографии, и выслал скан копии. Так что во время нашей беседы она смотрела на изображение на своем экране.