— Тиалас, ты в детстве замки из песка строил?
— Ну!? — Светлый, похоже, ожидал очередной шутки.
— Тогда вспоминай, как ты это делал. Целый замок строить не надо. Давай, насыпь мокрого песка куполом и заморозь. Только вход оставь. Я зайду внутрь, и ты меня временно замуруешь. Видишшшь, какой я доверчивый! Это потому, что у меня душа болит смотреть на твою хлипкую конструкцию. Пока еще эти осколки слежатся. Раствор опять-таки лить сверху придется. Давай, Светлый, строй мне гору из песка, я эту насыпь изнутри укреплять буду.
— Какой ты у нас снаружи беспомощный, Лирмо! — Не остался в долгу Владыка. — Ладно, если тебе охота померзнуть…
Песок из бухты устремился на остров вертикальной струей. Ладью крутило и качало. Она рвалась с якорей, пытаясь присоединиться к водовороту. Барз, выпучив глаза, смотрел на растущий холм песка, который отблескивал льдом в редких вспышках молний. Шторм уходил. Ощутимо потянуло холодом.
Затаскивать ладью на берег не стали. Тёмный спрыгнул в воду и отправился к песчаному холму.
— Светлый, кто тебя просил всё кругом замораживать! — Кричал он оставшимся на борту. — Что я тебе, тритон что ли, по ледяным склонам ползать?
— А что, нет?! — Светлый достал оплетенную бутыль. — Ты же здорово по стенкам лазаешь. А когда бесишься, то еще и бегаешь по ним! Давай быстрее там! Ночь уже за половину перевалила. И, кстати, у меня согревающее есть!
— Без меня не грейся! — Донеслось откуда-то издалека. — А то я тебя знаю!
Барз кое-как разжал пальцы, чтобы взять нефралевую кружку. Эта легкая ладья несла в своем трюме такой хозяйственный запас, что он, пожалуй, составлял половину её веса. Вот, если бы он побывал на этом корабле сразу, то и сомневаться бы не пришлось, кто к нему в гости пожаловал. Уж слишком много дорогих мелочей здесь сыскалось, причем весьма кстати. А "согревающим" была набита единственная, но зато большая и роскошная каюта. Зря Тёмный жадничал. Неизвестно, где спали сами высокородные путешественники. Может, и вовсе не спали. Но уж точно не на кровати. На кровати удобно разместились бочонки.
Барз с подозрением принюхался. Напиток ничем не пах. Неужели знаменитая багрянка? Первый же глоток подтвердил — она самая. Внутрь хлынул жидкий огонь. Тепло от желудка быстро расползлось по всему организму, а со второго глотка ударило в голову. Страх немедленно был утоплен в великолепном напитке. Эльфы оказались, пусть и жутко высокородные и сильные, но отчего-то очень забавные.
— А что же Вы всё время ссоритесь, а? Вроде — друзья. — Барз пил багрянку и проклинал молоко, которое заняло так много места в животе.
— А нам не положено быть совсем друзьями. — С полным пониманием ответил Светлый. — Нам положено не доверять друг-другу и не скатываться в полную откровенность. А иногда хочется… Ну, развлечься что ли. Вот, Ваша жена сказала, что Вы подали прошение о ноферате. Поедете в Намиру, поскучаете на паре дворцовых приемов — сразу меня поймете. Хотя нет… — Светлый долил баргянку в кружки. — Надо умножить на пару тысяч лет, чтобы понять.
— Отчего же… — Барз почувствовал себя философом. — Очень даже понимаю! Я и трех дней не могу выдержать, чтобы на рыбалку не отправиться. И не в рыбе дело. Насти всё время зудит — так не ходи, это не пей, ты должен то, ты должен это… Хоть на дно ныряй. Деньги… они же — положение. А положение — обязывает. Ну, это Насти так считает. А я себя чувствую как корабль на мертвой стоянке. А кораблю простор нужен — шторма и бури. На стоянке корабли умирают… Хорошо, что ежели ноферат будет, то будет здесь, на острове, а не в столице. Где у них там на рыбалку податься?!
— Надо же! — Светлый уселся на перила борта и задумчиво воззрился на появившуюся из-за туч луну.
Где-то далеко еще был слышен шторм. А не далеко на острове скрежетали камни и из-под земли слышались звуки, похожие на те, что сопровождали появление подвала. Чем там помогала Светлому в размышлениях луна, Барз решил не угадывать. Но результат размышлений ему понравился.
— Оказывается, и у вас те же проблемы. Ну, что же, боцман, давайте выпьем за понимание!
Выпили за понимание. А потом Барз согласился со Светлым, что Темного следовало за ногу привязать, а то он скоро весь остров исковыряет. Потом выпили за рыбалку вообще и за удачный улов в частности. Слегка обсудили женскую заботу о семейном благе и то, чем приходится ради этого жертвовать. Потом Светлый кое-что вспомнил и стукнул себя по лбу.
— Совсем забыл! Надо же было вход-то разморозить. Ну, если он там не окоченел, то будет злой как выползень. Хотя — он и есть выползень.
— А это что за зверь такой? — Барз и так-то по натуре был любознательным, а тут такая возможность представилась! — Я слыхал, в подгорьях водится, но никогда не видел.