Только вот я не успела даже надеть другое платье, как перед глазами сверкнула вспышка, сформировавшись в небольшой конверт. Дрожащими руками я подхватила его, осторожно распечатывая. Где-то в груди росло волнение, а еще странное ожидание, что вот сейчас открою, а там будет написано, что я отчислена. Но реальность оказалась иной. Красивым, даже чересчур вычурным почерком было написано всего две строчки:
Тайлисан, жду тебя после занятий в своем кабинете.
В груди что-то сжалось.
Не знаю, как я дожила до конца занятий. Кажется, сегодня я даже не услышала ни одной подколки, ни одного смешка за спиной. Мне было все равно. Все мысли сосредоточились только на Уфаниэле и том, что он мне скажет. Почему-то в груди зрела уверенность, что мне это совсем не понравится. Возможно, потому, что в этой проклятой Академии у меня ничего хорошего еще ни разу не происходило? Боги, не знаю, сколько я еще выдержу.
Подхватив камзол Мора, который планировала отдать после беседы с эльфом, я поплелась на встречу.
Учительский этаж встретил меня тишиной, что крайне меня обрадовало. Не хватало еще, чтобы кто-нибудь заметил, как я хожу вечерами к Уфаниэлю. Но в то же время в душе снова колыхнулось сомнение, а не постарался ли сам эльф избавиться от свидетелей?
— Можно? — Я постучала и осторожно приоткрыла дверь, просовывая внутрь только голову.
— Да, входи, — голос эльфа мне не понравился, какой-то сухой и холодный. Хотя, возможно, я себя накручиваю?
Скользнув в кабинет, я остановилась у порога, пытаясь взять в себя в руки. Накатившая робость и страх не давали даже пройти три шага до маячившего впереди кресла. Так и стояла, делая вид, что разглядываю убранство зала, хотя с трудом могла фокусироваться на отдельных фрагментах.
— Садись, Тайлисан, нам предстоит серьезный разговор, — устало махнул он рукой в сторону кресла. Кое-как справившись с трясущимися ногами, я буквально рухнула на сиденье. — Итак, ты ничего не хочешь мне сказать? — и Уфаниэль впился в меня взглядом.
«Хочу!» — мысленно закричала. Я так много хочу сказать… Что проклинаю тот день, когда переступила порог Академии, что больше не могу выносить насмешки, оскорбления и презрительные смешки, что не понимаю, что со мной творится… но главное, что мне нужна поддержка, хотя бы моральная, от двух единственных близких мне людей в этом мире… и которую я не получаю, а сижу здесь, вынужденная за что-то оправдываться. Вот только за что?
Но сказать это вслух я просто не смогла. Так и сидела, еле сдерживая подступающие к горлу рыдания. Я почему-то чувствовала себя виноватой перед ним, а обязанной ощущала всегда. Поэтому теперь просто не могла выдавить из себя хоть какие-то претензии. Мне и так казалось, что я превысила допустимые нормы и выгляжу теперь неблагодарной тварью.
— Ладно, если ты молчишь, я сам начну. Тайлисан, когда ты поступила в Академию, я был очень горд за тебя. Ты показала прекрасные способности, да и знания у тебя были вполне достаточные для первого курса, но потом… Я не понимаю, зачем тебе потребовалось хвастаться нашим знакомством, Тайлисан?! Ты понимаешь, в какое положение поставила меня? — Он яростно засверкал глазами. — И ладно бы, если бы ты при этом показала себя с лучшей стороны, но ты полностью забросила занятия, тыкая преподавателям в их неточности, прикрываясь моим именем!
— Но… — Я попыталась вставить хоть слово, но Уфаниэль этого не позволил.
— Никаких «но»! За неполный месяц ты рассорилась со всей Академией, от студентов до преподавателей! Это недопустимо! Ты хоть представляешь, какие поползли слухи? Нет? Так я тебе скажу! Вся Академия гудит, что я протащил на самый элитный факультет бесталанную любовницу-человечку! Это позор, Тайлисан!
— Уфаниэль…
— Я еще не закончил! Лучше бы отвечала на занятиях, когда тебя спрашивают. Неужели ты думала, что то, что я принял тебя в семью, позволит тебе сложить руки и ничего не делать? Хотя что еще можно ожидать от людей… Эта ситуация уже дошла до ректора. Он потребовал, чтобы я покинул Академию до конца семестра. До следующего года мне необходимо будет заключить несколько необходимых договоров для Академии. А ты как раз закончишь первый семестр. И ректор пообещал, что если у тебя будет хоть одна оценка ниже восьми, то тебя отчислят. Но сомнений в твоей успеваемости ни у кого не должно возникнуть, поэтому я полгода не смогу даже в город заехать. Вот уж не думал, что из-за тебя я даже с родной внучкой вынужден буду расстаться! — Он в сердцах стукнул по столу, заставляя еще глубже вжаться в кресло. — И с Эвиниэль ты не должна общаться. Я ее уже предупредил. У тебя четыре месяца, чтобы взяться за ум, Тайлисан. Мне не нужен позор в качестве благодарности. Не сможешь учиться, значит, я выдам тебя замуж. У меня есть на примете несколько достойных эльфийских квартеронов. Ты все поняла?