Не одной Воронцовой было неуютно в компании иностранца. Они ощущали себя так, словно рядом с ними находилось смертельно опасное существо, которое могло броситься в любой момент, но пока медлило или, вернее, играло с ними. Жутковатое ощущение, и оно влияло на всех.
Если Кира более-менее отвечала и старалась не показывать своего состояния, то Айка с Минэко постарались не привлекать его внимание, хотя не пытались покинуть девушку, оставаясь в роли хоть какой-то поддержки, за что та была им искренне благодарна.
— А правду говорят, мисс Воронцова, что вашим напарником является некий Александр Морозов? — как бы между прочим задал очередной вопрос МакДуган. — Почему я спрашиваю. Дело в том, что однажды мне пришлось иметь дело с одним человеком с похожим именем. Только он тогда пользовался другим, но настоящим было именно это.
— Не знаю, кто вам такое говорит, но сведения ваши были верны до недавнего времени. Александр больше не мой напарник.
— Вот как? Печально, — делано расстроился мужчина. — Мне бы хотелось увидеться с ним и убедиться лично, тот ли это человек или нет.
— Роберт, — просяще сказала Аманда, — может, не стоит это того. Ты обещал.
— Разве? — он успокаивающе погладил по руке жену. — Я обещал, что не буду искать с ним встреч специально, дорогая, но если мы столкнёмся случайно…
Мурашки пробежали по коже у девушек, а Кира про себя почти взмолилась, чтобы Морозов оказался как можно дальше от этого монстра, потому как в этот раз он встречу не переживёт гарантированно.
— Дамы и господа! Минуту внимания! — разнеслось по огромному залу, в котором проходил приём. — Виновники торжества! Инга Романова и Савелий Волков!
Двери в конце зала торжественно распахнулись, и через них медленно вошли парень и девушка, держась за руки. Зал взорвался апплодисментами и криками поздравлений. Будущие муж и жена лучились счастьем, в приветствии махали руками, отвешивали небольшие поклоны гостям. По бокам от них шли главы кланов Демидовых и Романовых. Двое мужчин тоже не скрывали своего довольства, но… Пресловутое «но».
Двери уже закрывались, а гости готовились подходить к молодым, чтобы поздравить лично, вручить подарки и прочее, что принято делать в такие моменты, как произошло кое-что, чего явно не было в программе вечера. Двери снова распахнулись, причём намного сильнее, чем в первый раз.
Никто никого не объявлял, но не заметить такое было невозможно, а потому сначала гости, что были ближе к дверям, обратили на них внимание, а за ними и остальные, когда поняли, что происходит что-то необычное. Музыка прервалась, и зал погрузился практически в тишину, только цоконье туфель женщины, что шагнула из дверей, и стук каблуков на ботинках пары мужчин, которые сопровождали её, нарушал покой замершего зала.
— Кто это? — одними губами шепнула Минэко на ухо Кире.
— Это проблемы, — также ответила ей та, — очень большие проблемы.
Вперёд, чтобы встретить вновь прибывших, шагнул Романов.
— Елена, — почти спокойно сказал мужчина, — не ожидал тебя здесь увидеть сегодня.
— Добрый вечер, папочка, — глаза женщины медленно наполнялись синим цветом, — наверное, наши приглашения затерялись в пути. Или я не права?
— Скорей всего, произошла ошибка, но я всегда рад тебя видеть. Ты же знаешь, потому очень хорошо, что ты здесь. Аристарх, — кивнул он декану, а потом на мгновение споткнулся, когда его взгляд переместился на второго мужчину, — Александр. Вас я тоже приветствую.
Зал был напряжён. Пусть многие молодые не знали, кто эта женщина, но более взрослые гости прекрасно понимали, чем всё это может закончиться. Все они, кто знал и помнил, готовились быстро свалить отсюда, если всё выйдет из-под контроля. Бешеный мастер, который к тому же давно перевалил средний рубеж, не тот персонаж, с которым безопасно находиться в одном помещении.
— Папа, папа, — Елена покачала головой, — ты же не думал, что я буду тут обычной гостьей, пусть и Романовой. Многие уже забыли, кто я такая, да и, — она посмотрела на молодого парня рядом, — его пусть некоторые знают, но это знание неправильно. Потому представь нас.
Григорий Михайлович скрипнул зубами, но противиться не посмел. Демидов вообще выглядел загнанным в угол зверем, а потому Романов постарался до последнего пытаться сохранить вечер.
— Дамы и господа! — громко начал он, — Позвольте представить. Моя дочь, Елена Романова, и её… — он снова запнулся, но быстро поправился, — её сын, Александр Романов.