— Да? Ну может быть, — невесело хмыкнул мужчина, — если встретишься с пиявкой, то скажи ему обязательно, что ритуалы не работают, ну и так далее. Думаю, он тебя послушает.
— Хватит ерунду говорить, — воскликнула девушка, — зачем город перекрывать, если мы, как вы говорите, успели?
— А потому, если убить самого поводыря, но пропустить хоть одного заражённого, то очень скоро всё повторится. Оставшийся переродится и встанет на место хозяина. Понятно теперь? Пять лет назад на Урале произошло землетрясение, и был разрушен небольшой городок. Кого не успели эвакуировать, погибли. Слыхала о таком?
— Конечно, — кивнула Кира.
— Там мы не успели, и город выжгли мастера огня, к тому времени у него в подчинении было порядка тысячи жителей, и цифра росла как на дрожжах. Кого смогли, проверили и вывезли, а потом тридцать мастеров залили всё там огнём.
Воронцова в шоке смотрела на Астафьева и не могла поверить в такое. Ритуалы, пиявки, сожжённые города… Она всегда думала, что тёмный аспект самый опасный из всех, но получается, ему ещё далеко до такого. Массовые жертвы ради силы просто не укладывались в её прелестной головке. Никак.
— Где Морозов? — снова потребовала она ответа.
— Там, — ответил Кирил Петрович, — пытается остановить ритуал.
— В смысле? Что он может сделать⁈ Один!
— Многое, — ответил мужчина, — Александр универсал, и ты наверняка знаешь, как они получают аспекты. Сразу скажу, что парень был пробуждён с рождения, а потому каналы у него развиты. Проблем с силой у него нет, к тому же он постоянно тренируется, не жалея себя.
Девушка не сразу поняла, на что ей намекал мужчина, но потом вспомнила разговор в парке, вспомнила, что парень два года отходил от воздействия на него тёмного аспекта. Получается, что…
— У него есть тёмный аспект, — прошептала девушка.
— Есть, но советую молчать об этом, — кивнул Астафьев, — хотя если он не справится, то информация потеряет актуальность.
— Но почему вы оставили его там одного?
— Не оставил, он сам меня просто вышвырнул, — хмыкнул мужчина, — это было очень убедительно, чтобы не перечить… ТВОЮ МАТЬ!
Вскочив на ноги, контролёр не сводил взгляда с дома. Кира посмотрела туда и обомлела. Стены многоэтажки трескались, но не это главное. С третьего этажа через окна стала просачиваться тьма и расползаться по стене дома.
— Кирил Петрович, делать-то, что? — воскликнула девушка.
— Да откуда я знаю! Не должно быть такого! У него нет столько сил! — мужчина схватил Воронцову за плечо и уже был готов бежать с этого места, как чернота резко перестала расползаться, минуту не двигалась, а потом ещё быстрее потянулась обратно в дом до тех пор, пока полностью не скрылась внутри.
— Пронесло, кажется, — прошептал контролёр.
Только он это сказал, как на третьем этаже рвануло с такой силой, что и так уже не сильно крепкий дом зашатался. Из окон вырвалось ревущее пламя, а вместе с ним вылетела человеческая фигура спиной вперёд, а потом со всего маха врезалась в стоящий недалеко полицейский фургон.
Воронцова первая рванула в ту сторону, Астафьев сразу же за ней. В его груди разгоралась надежда, что с подопечным пусть не всё хорошо, но он хотя бы, возможно, жив, и тогда с самого мужчины не снимут голову за него. Были у него веские основания так думать.
Морозов влетел чётко в лобовое стекло и вместе с ним оказался в салоне. Кирил Петрович подскочил к боковой двери и дёрнул её в сторону. Было большой удачей, что её не заклинило и она откатилась в сторону. Парень предстал перед ними в крайне плачевном состоянии.
Он собой выломал пару сидений, но кроме этого было видно, что досталось Александру сильно. Ожоги, ссадины и глубокие раны, кроме этого, более страшно выглядели вены, что чётко выступили по всему телу и были налиты чернотой.
— Стой, — схватил девушку за руку мужчина, а потом крикнул бежавшим полицейским: — Всем стоять и не подходить.
— Смотрите, — шепнула Кира. Чернота из вен парня уходила, они сами стали пропадать, пара минут, от них не осталось даже следа.
Морозов застонал и пошевелился, девушка снова хотела кинуться к нему, но Астафьев опять не дал. Он очень внимательно смотрел за парнем, оставаясь очень напряжённым. Вот у Александра приоткрылся один глаз, на лице были гематомы с запёкшейся кровью, и попытался осмотреться, а когда увидел своих коллег, прохрипел:
— Аа, Кирил Петрович. Ставлю вас в известность, что если в вашей конторе всегда так, то я увольняюсь.
— Мы с вами это обсудим, — ответил куратор, но так и не подходил. — Как вы себя чувствуете?