— Вот и ладушки. — Улыбнулась девушка. — Особенно про кошмары мне нравится. Пока едем, жду подробного рассказа.
— Лучше бы меня пристрелили…
Когда двое молодых людей вышли из переговорной, а потом и из здания, Игорю Сергеевичу тут же сообщили, после чего он снова подозвал Астафьева к себе и отвёл в сторону, подальше от лишних ушей.
— А теперь я хочу знать всё, что делал или не делал этот парень.
Кирилл Петрович хотел вздохнуть, но тут же подавил такой порыв. Глава Б. К. Р. был не тем человеком, перед которым стоило проявлять своё недовольство.
— Если честно, то особо нечего рассказывать, ну разве что кроме того, как он сам себе проделал сквозную дыру в плече тьмой, но это больше говорит в его пользу. Пуля была далеко не простая, сделана как раз на сверхов, и если миссис МакДуган хватило бы и обычной, слишком слабая, то вот Морозова, как и любого с его уровнем силы, только такой можно убить или чем помощнее.
— Это я и так знаю, — отмахнулся Воронцов, — меня интересует твоё мнение насчёт его роли во всех этих происшествиях и не пора ли мне убрать куда подальше от вас мою дочь.
— Игорь Сергеевич, — осторожно потёр переносицу, — если к первым случаям ещё можно было как-то его приплести, то сегодняшний инцидент перечёркивает это напрочь. Не настолько парень безумен, чтобы позволить ранить себя, а потом причинять себе сильнейшую боль и всё ради того, чтобы отвести от себя подозрения. Да вообще, вся эта идея с его участием, мне кажется, полнейшей глупостью. — Контролёр прикусил язык, когда понял, кого он только что назвал глупцом.
— Продолжай, — насупился мужчина, — я сам уже вижу абсурдность таких выводов, но хочу убедиться в этом до конца.
— Заказы на всех жертв пришли не из нашей страны, исполнил их тоже довольно известный наёмник, который отметился своей деятельностью задолго до того, как Морозов лишился родителей и попал в Японию. — Астафьев прервался, чтобы набрать воздуха, и продолжил: — Парень, без сомнения, умён, не очень пока силён, но развивается стабильно и быстро. У меня создалось впечатление, что его сейчас ничего кроме силы и пары простых вещей ничего не интересует.
— Объяснись.
— Александр, после того как получил доступ в архив, проводит там немало времени и изучает дела. Разборы различных аспектов, их особенности и зафиксированные грани развития. Мне кажется, будь его воля, то он бы бросил Академию, а потом поселился в архиве.
— Вы же отслеживаете всё, что он изучает?
— Само собой. Все его запросы проходят через меня. — кивнул Астафьев.
— Какие у него отношения с моей дочерью?
Кирилл Петрович про себя усмехнулся, но на лице притом не дрогнул ни один мускул.
— Как кошка с собакой. Кира пытается его задеть, он отвечает тем же. Того, о чём вы подумали, там нет и в помине, да ему и не надо. По нашим сведениям, парень не отказывает себе в удовольствии проводить ночи в одной постели с повязанной на нём. К тому же одна из… — Он кивнул в сторону японцев. — Неровно к нему дышит, тем более они знакомы ещё с Японии.
— Твой вывод?
— Продолжить наблюдение. Пусть служит, участвует в делах, тем более, как мы видим, польза от этого немалая, но подозрения в причастности можно снять. Хорошие мозги не повод подозревать Морозова во всех смертных грехах.
— Это уж точно, — Воронцов поморщился, представив, от каких проблем их избавил Морозов в деле с поводырём. — Только не нам решать, вычёркивать его или нет, — буркнул начальник.
— Вы спросили моего мнения, я его просто озвучил.
— Я понял, — кивнул Игорь Сергеевич, — больше не отвлекаю, работай.
Стук в дверь был аккуратным, но решительным, после чего, не дожидаясь разрешения войти, она открылась.
— Дорогая, прости за столь поздний визит, — Игорь Алексеевич переступил порог спальни своей дочери.
— Ничего, папа, — улыбнулась Кира. Она сидела за столом, за которым обычно занималась делами, связанными с Академией и теперь ещё со стажировкой. — Я тебе всегда рада.
Воронцов прошёл, а потом опустился в одно из пары кресел, что стояли рядом с камином, в котором сейчас потрескивал огонь.
Девушка же пересела в соседнее и показала, что готова к разговору.
— Пап, ты не тяни и говори прямо. Ты же знаешь, что смутить меня трудно.
— Что ты думаешь о своём напарнике, только честно и без вот этих твоих, — он покрутил рукой в воздухе, — ну ты поняла.
— Интересен, — после минутной задержки ответила Кира, — если бы не разница в положении, то я была бы не против узнать его с другой стороны.
Если бы Воронцов сейчас что-нибудь пил, то гарантированно подавился, но ему повезло. Только ноздри гневно раздулись, но мужчина быстро взял себя в руки.