— Я наберу, — ответил Александр. — Был рад вас видеть.
— Мы тоже, — это уже Ватанабэ отличилась.
— Ой, может хватит уже рассыпаться в любезностях, — не выдержала Кира. — Девочки, пока, а ты, пошли быстрее, нас ждут…
С силой сжал виски пальцами, но помогло мало. Тупая, ноющая боль в висках продолжала пульсировать, намекая, что если не изменю режим, не начну давать себе нормальный отдых, то может случиться беда.
— Как встреча прошла? Декан хвалил или наоборот? — Кира задала вопрос как между прочим, больше для поддержания разговора, чем реально интересовалась.
На встрече, что упомянула девушка, ничего интересного не было. Аристарх Венедиктович интересовался моими успехами в бюро, только непонятно зачем, если и так всё прекрасно знает обо всех случаях, что случились со мной.
Хвалил за то, что моя бесовская натура ни разу не вылезла, если не считать того случая с поводырём. Живо расспрашивал о подвижках в развитии аспектов, что и как делаю, какие приёмы или техники использую. Короче, разговор был обо всём и ни о чём. Единственное, о чём декан не спросил, так это об учёбе в академии. Зачем звал? Мутный старик.
— Ни то ни другое, — ответил девушке, смотря в боковое окно машины. — Обычный разговор на самые простые темы. Ничего интересного.
— Да? Странно, — Воронцова резко перестроилась из ряда в ряд, отчего меня качнуло и голова почти вписалась в стекло. — Не часто он вот так приглашает к себе студентов. Значит, ты для него интересен.
— Тёмный аспект и всё, что с ним связанно, да ещё у беса, — ответил ей. — Нет ничего удивительного в любопытстве.
— Возможно, ты прав, — она снова резко перестроилась.
Эта девка начинает меня бесить. Своим неуёмным любопытством, скрытым гонором, а ещё тем, что считает себя умнее всех.
Уже был вечер, и по идее должно быть темно, но дорожные фонари, свет других машин разгоняли мрак. Смотря за всем этим, что проносилось мимо несущейся машины, я пытался отрешиться от ноющей боли, что не хотела меня покидать, но Кира… Резкими манёврами, вопросами и одним своим присутствием доставала не хуже пульсации в голове.
Её лицо на секунду отразилось в стекле, и передо мной пронёсся миг даже не будущего, а моего желания протянуть руку, а потом резко крутануть руль в сторону, чтобы эта колымага влетела куда-нибудь в стену и наконец остановилась. Потом взять эту прелестную головку, что продолжает ехидно улыбаться, и наконец-то быстро, до щелчка, крутануть, чтобы наступила благословенная тишина.
— Ты какой-то сегодня не такой. Молчишь сейчас, у Кирилла Петровича почти ничего не говорил, только соглашался, что опять же странно, я помню твои выступления в прошлые разы. Хотя с японочками, должна признать, был довольно мил, молодец. Может, скажешь, что с тобой?
— Думаю бросить эту работу, — ответил ей, — оказалось в ней намного больше минусов, чем плюсов.
— Например? — потребовала, а не попросила ответа Кира.
— Например, я уже несколько раз чуть не сдох. А ради чего? — откинул я голову на подголовник и прикрыл глаза. — Деньги? Не такие они и большие. Предполагаемое развитие в силе? Ничего такого нет и в помине. Все, с кем бы я ни говорил, не смогли ничего предложить, помимо уже известных мне вещей. Даже архив почти оказался бесполезен. Ещё у меня нет никакого желания переться сейчас с тобой по тупому поводу, от которого хрен откажешься! Хватит тебе причин?
— Тебя не трогают кланы, пока ты в Б. К. Р.
— Здесь тоже мимо, — не согласился с ней, — кланам плевать на меня. Уверен, что они в большинстве своём и не догадываются о моём существовании, а неприятности с твоими друзьями меня не пугают, тем более нахождение в академии — мера вынужденная. Уйди я из неё, как они забудут очень быстро и переключатся на другие развлечения.
Машина начала сбрасывать скорость, а через пару минут совсем остановилась.
— Приехали, теперь надо ждать, — сказала девушка.
— Угу.
Нам предстояло тупейшее занятие. Провести в этой машине хрен знает сколько времени, наблюдая за одним заброшенным, на первый взгляд, зданием на окраине спального района, и если там что-то случиться, связанное с силой, то сообщить об этом в контору, а потом дождаться спецназ. Феерия, блин.
— Всё равно не понимаю, — раздался в тишине машины голос Киры, — у тебя сейчас куча возможностей, чтобы подняться наверх, а ты жалуешься на это.
— Зачем?
— Что зачем?
— Подниматься на твой верх. Зачем мне это?
Она сразу не нашла, что ответить.
— Власть, деньги. Возможность решать судьбы людей, — немного запальчиво сказала девушка, — все хотят быть богатыми, знаменитыми. Хотят получать самое лучшее. Хочешь сказать, ты этого не хочешь?