Но, конечно же, этого нет. Он выглядит абсолютно собранным. Гладко выбритое лицо, причёска волосок к волоску и стильный угольно-серый костюм.
Мажет по нам взглядом, никому не уделяя особого внимания. Никому…
— Добрый день всем. Извините за опоздание. Важная встреча.
Коротко обсуждаем задачи на эту неделю. После чего по очереди отчитываемся об итогах предыдущей.
Захар поясняет, что присутствие на планёрке сисадмина и безопасника связано с проведением комплекса мероприятий по усилению защиты компании. Не так давно в отделе физлиц произошла крупная утечка, в связи с чем неприкосновенность частной жизни клиента оказалась под угрозой. Ситуация вышла очень неприятная…
Физлица — это Отморская что ли? Перед глазами встаёт её образ. У них явно что-то было с Гордеевым…
— Альбина! — слышу как издалека.
Оказывается, я задумалась и потеряла фокус. Смотрю в строгие глаза Захара. Он говорит ровно, и как мне чудится, даже холодно.
— Альбина, ты с нами? Я в третий раз тебя спрашиваю.
— Простите, — бормочу смущенно, тут же покрываясь стыдливым румянцем. — Я отвлеклась.
— Я вижу, — в голосе Гордеева отчётливо слышится недовольство. — Будь добра, передай Фёдору ключи и пароли от всех своих профилей на рабочем компьютере. Он проверит степень защиты твоих данных.
— Хорошо.
— Займись этим сразу же после планёрки. Если у вас нет вопросов, — обращается ко всем присутствующим, — предлагаю как следует поработать сегодня и начать прямо сейчас. Всем продуктивного рабочего дня.
Нарочито медленно встаю из-за своего места. Долго вожусь с блокнотом. Даже роняю под стол ручку. Я специально тяну время. Хочу остаться с ним наедине, когда все уйдут. И поговорить.
Но удача опять не на моей стороне.
В кабинет заглядывает белобрысая стерва Отморская.
— Захар, ты закончил? Лисовецкий ждёт нас у себя. Нас обоих. Похоже, что-то серьёзное.
— Твою мать, — тихо бубнит Гордеев. — Выпью я кофе сегодня или нет?
Не обращая на меня никакого внимания, они выходят из кабинета вдвоём.
А я вновь остаюсь наедине со своими дурацкими мыслями.
Время до обеденного перерыва тянется мучительно медленно. Следующие два часа Федя что-то химичит на моём компьютере, подключив к нему какую-то странную штуку. Мне приходится находиться рядом с ним и отвечать на миллион его вопросов.
Хватаюсь обеими руками за возможность сходить в приёмную и принести ему кофе. Там ведь может быть он…
Вожусь с кофемашиной на офисной кухне. Федя любит покрепче и послаще. До меня доносятся голоса. С лёгким содроганием узнаю в одном из них Отморскую. Её собеседник… Гордеев?
Кажется, они обсуждают разговор, произошедший в кабинете гендира. Белобрысая стерва выдаёт своим визгливым фальцетом сакраментальное:
— Я думаю, нам нужно ещё раз обсудить все моменты, Захар. Вдвоём. Вопрос очень важный.
— У меня дел невпроворот, Марго, — усталый голос Гордеева.
— А у меня нет, по-твоему? Ты же понимаешь, что я ничего не могу решить в одиночку!
Кажется, он поддаётся на её уговоры. И кажется, они идут обедать… вдвоём?
Практически скриплю зубами. Идиот ты, Захар Андреевич. «Вопрос» ей надо с тобой обсудить, как же. Клеит она тебя, к гадалке не ходи. А ты и рад.
Уперевшись руками в столешницу, слушаю, как они собираются и уходят, на ходу перекидываясь миленькими фразочками из разряда: «В этом ресторане подают чудесный крем-суп. Очень советую».
Злость накатывает на меня волнами. Вчера он не нашёл ни минуты, чтобы просто позвонить мне или хотя бы написать. Сегодня полдня морозит. А на планёрке отчитал, как нашкодившего ребёнка. Бесит!
В офисном коридоре встречаю Сашу, выруливающего из бухгалтерии.
— Аля! Увидеть тебя за один день дважды, разве это не удача? Ты уже обедала? Если нет, то предлагаю сделать это вместе. Ты как?
Соглашаюсь. Не всё же Захару Андреевичу обедать в приятной компании. Тоже могу себе позволить.
Заходим в кафе. Саша галантно помогает мне снять пальто. Развернувшись в сторону зала, замечаю знакомую блондинистую макушку. Значит, они тоже здесь? Вот и прекрасно.
Захар замечает меня буквально через несколько секунд, когда мы проходим мимо его столика. Его взгляд замирает на мне в удивлении. Потом перекидывается на моего спутника. Стремительно — на меня. Никак не выражаю, что я чувствую что-то при этом. Иду к своему месту с идеально ровной спиной.
Захар сминает салфетку дёрганым жестом. Мне кажется, в его глазах мелькает что-то, похожее на раздражение. Больше я не вижу его лица, так как он оказывается сидящим ко мне спиной.