Неизвестно, сколько проходит времени до того, как я открываю глаза в обычной комнате для допросов. Я лежу на стульях у окна. Рукав рубашки у меня поднят, на сгибе локтя видны следы от уколов. Ага, скорую помощь вызывали! Я медленно сажусь. Голова раскалывается, в легких такое чувство, будто их доверху засыпали песком. Кто-то заглядывает в глазок двери, и вскоре появляется майор с магнитофоном. Он вставит его на стол передо мной и холодно спрашивает:
- Сообщите ваше имя, фамилию, место рождения!
Делая перерывы на дыхание, я скрипучим голосом сообщаю все требуемые данные.
- Вы вчера встречались вне больницы с Панковой Настей? - спрашивает резко, будто гвоздь забивает.
- Встречался. - Я решаю не отпираться без необходимости.
- Ваша встреча с Панковой была обусловлена заранее, или произошла случайно? - майор взглядом ищет на моем лице признаки смятения.
- Случайно. - Твердо говорю я.
- Как вы объясните факт, что водитель грузовика видел вашу машину возле колхозной гостиницы и узнал Панкову, когда она махала ему рукой? - майор выкладывает козырь и ждет, что я скажу.
Я думаю, что это серьезно, есть свидетель, меня могут посадить в тюрьму, и надолго. Но потом решаю, что ни за что не сдамся сам. Если они не 'расколют' Настю, то у майора точно глухарь. Мои земляки не имеют обычая рассказывать властям о происшествиях в своей среде. Скорей всего, мне нужно бояться не майора, а их. Они наверняка будут искать возможности отомстить. И уж точно не при помощи милиции и суда.
- На обочине, в кустах, моя машина стояла, не скрываю. Но время с Настей проводил так интенсивно, что по сторонам не смотрел. Больше я вам ничего не скажу. Хоть еще раз меня убивайте! - я выделяю последние слова и начинаю с такими хрипами дышать, что самому становится страшно. Майор хмурится. Заметно, что ему очень хочется поработать 'как следует'. Однако случившийся приступ, который мог оказаться смертельным для меня, вызывает у него опаску.
Меня держат в милиции еще час. Я молчу, как рыба, и в результате выхожу на свободу с подпиской о невыезде. Добравшись до комнаты в узле связи уже под утро, я, как был в верхней одежде, падаю на диван и замираю, уткнувшись носом в вонючую обивку.
Неправда, что мужчины не плачут. Просто у них слезы не текут..
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ.
Прошел месяц. Сегодня пятница, я опять лежу на том же диване. Конечно, с той, первой пятницы, много чего случилось, но все как-то пролетело мимо моей души и памяти. Я почти сразу втянулся в рабочий режим, и один за другим потекли серые дни под мрачным осенним небом.
Помню, как Юрий Петрович спросил меня, когда я пришел к нему утром в понедельник:
- Какие события тут были, молодой человек, за выходные дни?
- Ваш главный инженер приходил ко мне два раза. - С хмурым лицом сообщил я.
- Как прошли встречи? - поинтересовался Юрий Петрович.
- Выбросил я вашего главного инженера. Первый раз за дверь комнаты, второй - из здания.
- Он угрожал? - с непонятной мне интонацией задал вопрос собеседник.
- Да когда он вылетал из здания, я бы не сказал, что очень. И как вы теперь будете советоваться с ним по поводу моего трудоустройства? - с искренним недоумением спросил я.
- Главный инженер взял больничный на неделю. Получилось даже лучше, чем я рассчитывал, - улыбнулся Юрий Петрович, - так что вы приняты, идите, работайте!
- А куда? - еще не веря в свое счастье, спросил я.
- Возьмите в цеху монтеров потрезвее, поезжайте в поселок Дальний монтировать новое оборудование.
- Задание ясно, а потрезвее - это как?
- Да свалится с телефонного столба, или не свалится. - Опять улыбнулся Юрий Петрович.
Так начались мои трудовые будни. Я очень надеялся, что обычный рабочий ритм, от которого я почти отвык, скажется положительно на моей психике. Наверное, это так и случилось, а я просто не заметил
Но сегодня вдруг выпал первый снег. Много. Кому как, а мне диковинка. Прикрыл черную наготу природы, стало красиво. К тому же тучи поднялись. Нет, остались такими же серыми, как и были, но перестали давить на меня. Это хорошо: можно думать и не забывать!
К примеру, о еде! Я хотел купить продуктов, сложить в своей комнате и потреблять по мере надобности. Но оказалось, что для этого нужны талоны. Их в поселковом совете мне выдали, только я все равно ничего купить не могу. Во всех магазинах, что в округе, продукты или еще не привезли, или они уже кончились. Мои талоны, так же, как и заработанные деньги, почти бесполезны.