Спустя еще пару недель ситуация не изменилась. Дети были такими же беспокойными, или мне так казалось, потому что их было двое, не знаю. Я старалась изо всех сил все делать правильно, но ничего не выходило – дети плакали, а я все так же ничего и нигде не успевала. Точнее сказать, все что касалось их благополучия я делала, а для себя у меня не оставалось ни сил, ни времени. Я была просто невыспавшимся, растрепанным зомби, попадающим с душ в лучшем случае через день. Я просто не вывозила.
Саша обиделась, что я не позволила ее больному сыну подняться в квартиру с новорожденными и на связь не выходила. Несколько раз приезжал папа. Приезжала Вероника, но мама под всевозможными предлогами вынуждала ее быстро возвращаться домой. Сама же она приезжала иногда. Но не для того чтобы пообщаться с внуками т подержать меня. Дальше порога не заходила, - вспоминать было неприятно, я в очередной раз чувствовала себя неполноценной матерью, - говорила, что с детьми гулять нужно два раза в день не меньше. А я ведь и правда гуляла с ними нечасто. Было сложно собрать двоих детей, одеться самой, потом с огромной двухместной коляской в лифт и девять ступеней вниз на выходе из подъезда, без рельсов и пандуса. Каждый раз боялась покалечить детей, не удержав коляску.
Потом мама говорила, что о себе нельзя забывать, ведь я и так родила детей без мужа, и что выгляжу из рук вон плохо. Потом разворачивалась и уходила.
- Я никогда не смогу ее понять, - его слова меня ранили, но он был прав.
- Я тоже, - призналась я, - Но тогда я почему-то особенно остро в ней нуждалась. Мне было важно ее одобрение. Ведь именно она на протяжении нескольких лет твердила, что мне нужно замуж и детей и чем быстрее, тем лучше. Почему-то я думала, что могу рассчитывать на ее помощь и поддержку, но нет. Она самоустранялась под самыми нелепыми предлогами и оставляла меня наедине с моими трудностями.
Но я сама оказалась еще хуже… двадцать четыре на семь дома с детьми, минимум общения с людьми, отсутствие нормального сна на протяжении почти двух месяцев. Я понимала, что не справляюсь. Мысль найти няню хотя бы на несколько часов в день, мне очень нравилась. Я стала просматривать объявления. Но были сомнения, все-таки это чужой человек. И я решила позвонить Саше и маме. Разумеется, они меня не поддержали. Раскритиковали, обсмеяли, пристыдили и всё. И я, почему-то, попрощалась с идеей нанять няню. Сейчас бы я не стала так безропотно придерживаться их мнения в том, как мне поступать, но тогда все было иначе.
Бесконечный день сурка изматывал. Помню, как ночью проснулся Влад. Я его покормила, укачала, уложила и тут же проснулась Лада. Спать хотелось безумно. Но я и ее покормила, укачала, но только уложить не успела. Снова проснулся Влад. Я разозлилась безумно. Точнее это были гнев и безысходность одновременно. И знаешь, что я сделала? – Леша пожал плечами, - Я просто оставила плачущих детей и вышла из комнаты. Я сидела на полу перед дверью и рыдала в голос вместе с ними.
Дальше становилось только хуже. Меня раздражало абсолютно всё. Даже когда, проснувшись, дети просто были рядом, я злилась. Я злилась на каждое действие, которое было нужно для них сделать. Злилась и делала и снова злилась. А когда Влад в седьмой раз за ночь никак не желал успокаиваться, поймала себя на том, что очень хочу бросить его в кроватку и ничего не делать. Мне стало страшно и стыдно. Быть опасной для собственных детей страшно. Той ночью я так и не уснула.
Дождавшись утра позвонила сначала Саше и напрямую попросила приехать и хоть немного посидеть с детьми. Но она отказала. Грубо. Потом я позвонила маме. Результат тот же.
А потом собрала детей и пошла подышать хоть немного свежим воздухом. Увидела тебя издалека. Ты выходил из подъезда. Позвонила. Я видела, как ты вытащил телефон из кармана, как посмотрел на экран, как судя по всему, посомневался взять трубку или нет. И не взял. Ни в первый раз, ни в десятый. Это стало последней каплей. Ты не причем, - почему-то казалось правильным пояснить, - Просто много всего наслоилось.
- Что дальше? – мрачно спросил он.
- А дальше все как в тумане. Нездоровый внутренний подъем. Я в поликлинику пошла. Меня там знали и потому без особых вопросов открепили детей от поликлиники и отдали мне их медицинские карты.
-Зачем?
- Потом собрала в чемоданы самое необходимое себе и детям. Взяла все документы. Обзвонила уйму частных перевозчиков. Найти человека согласного преодолеть такой путь с двумя маленькими детьми, было непросто. Пока ждала машину, выкинула, чуть ли не все свои и абсолютно все оставшиеся детские вещи. Несколько раз одна спускалась вниз с большими пакетами, а дети даже не всхлипнули, будто чувствовали. Я даже кроватки разобрать смогла самостоятельно. Потом взялась удалять всё в телефоне, всё - фотографии контакты, вызовы. Не спрашивай зачем, я не знаю. Не в себе была.