– Какой наглый, а? – хмыкает Давид.
– Ты таким же был, – ласково напоминаю. – Даже хуже. Вы с Реги наперегонки пытались меня без волос оставить.
– Клевета! Доказательства есть? Нет! Всё, мам, я чист и оправдан.
Я качаю головой. Давид в такие моменты ярко подтверждает свой выбор профессии. Сын сам решил, что хочет быть юристом.
Зарылся в законы. Изначально хотел поехать учиться в Америку, но стипендию не удалось получить. А такие суммы я не потяну.
Поэтому попробует на следующий год. Как раз скоро должны прийти результаты.
– Слушай, – Дава хмурится. – Я тут подумал… У меня же каникулы.
– Я знаю, – прищуриваюсь. – Ты снова куда-то уехать хочешь?
– Нет. Я хотела напроситься к тебе на работу. Не нужен никто? Я ведь знаю, что зарплаты у вас хорошие. Ты круто получаешь.
– Я специалист, милый. Я свою зарплату годами труда выбивала. А зачем тебе? Ты хочешь больше карманных?
– Вроде того. Не только. Хочу сам заработать, знаешь? Я думаю, что с разводом тебе же тяжело будет. А висеть на твоей шее дальше не хочу.
– Дав…
– Я. Так. Хочу, – с нажимом произносит. – Сам для себя. Если нет – то я пойму. Поищу другие варианты. Не вопрос. Но я хочу работать.
– Хорошо. Я узнаю. Если нет – поспрашиваю у знакомых.
– Спасибо, ма.
Тепло улыбаюсь сыну. Меня всё ещё удивляет, каким взрослым он стал. Маленький для меня всегда, но такой самостоятельный.
Перехватываю Даню одной рукой, тянусь за телефоном. Звучит Максим. Отмечаю, что уже закончились уроки.
Раньше сына забирал водитель, а теперь… Надо будет вызвать такси ко мне в офис.
Соберу своих мальчишек, вместе домой отправлю. А там сама подъеду, как только тут разберусь.
– Мам, – голос Макса звучит тихо. – Ты говорила про папу… В общем, он сейчас ждёт меня у школы. Прям у выхода поджидает. Что мне делать?
– У ворот? – тут же уточняю.
Мозги начинают работать. Вспоминаю, как точно выглядит школа сына. Выходы, входы.
Наконец, анализ даёт о себе знать. Просчитываю различные варианты, как можно вести Макса.
Конечно, я не думаю, что муж станет похищать сына…
Но…
Делаем упор на худший расклад, радуемся лучшему.
– Нет, мам, – сын вздыхает. – Он ждёт прямо у дверей. Внутрь его не пустили. У нас же турникеты. Только для детей. Вот. Но…
– Так, ладно.
Я расхаживаю по комнате. Ловлю вопросительный взгляд Давида. Губами шевелю, давая понять, что объявился мой муж.
– Я поеду! – тут же подскакивает Давид.
– Нет.
Желания мужа я не могу предсказать. Поведение старшего – легко. Почему-то сейчас я больше не сомневаюсь.
Точно ввяжется в драку. А мне этого не нужно.
Сейчас необходимо держаться от любых проблем подальше. Любая ошибка – используется в суде против меня.
Лев очень хотел ребёнка. Сына, да. И я не сомневаюсь, что за Даню он будет бороться до конца.
Про Макса… Не знаю.
Лев заменил мальчику отца. Я – мать. Воспитываем и любим как своего. Так что… Да.
Муж может за двоих сыновей бороться.
Мы усыновили Максима, когда он был ещё совсем маленьким. Катя – биологическая мама Макса – была моей лучшей подругой.
Я её сестрой считала, настолько мы близки были. А потом она умерла, оставив сына одного.
Отца у Максима не было. А семья не особо поддерживала общение с Катей. Да и я отлично знала, какая там семья.
Не лучше моей.
Я не могла позволить, чтобы Максимушка оказался в приюте. Маленький, испуганный мальчик.
Боялась, что это разрушит наш брак со Львом. Он ни слова против не сказал за моих детей. Во всём поддерживал.
Но одно дело – мои дети. А другое – совсем посторонний мальчик.
Я разрывалась между любовью к мужу и желанием усыновить Максима.