– Приношу свои извинения, Карина, – мужчина возвращает контроль над голосом. – Действительно… Не совсем так, как я решил.
– В качестве извинений – я попрошу честный ответ. Ты будешь рассказывать Льву или нет?
– Ты скрываешься от него?
– Я хочу отдыха. А не новых разборок. И уж точно не с изменщиком проводить выходной.
– Я тебя услышал. Да, конечно. Я бы… Да, я не стану ему рассказывать ничего. У меня нет желания делать тебе плохо. Не при таких обстоятельствах.
Я киваю, понимая посыл Виктора. Про неверную жену – грех не рассказать. А вот неверному мужу несчастную жену сдавать…
На этом и расходимся. Я верю Доронину. Он всегда казался мне честным и сдержанным мужчиной. Не подлым.
– Ма, всё хорошо? – Давид встречает меня внимательным взглядом. – Я что-то не понял…
– Ты погромче мамой назови, – я посмеиваюсь. – Так, парочку раз.
– Зачем? Он чего… Он совсем уже?!
Дава упирается злым взглядом в вернувшегося Давида. Через несколько столиком полыхающим огнём достаёт.
Доронин что-то шепчет жене, отворачивается от нас. Стыдно, а? Но замечаю, как он сбрасывает вызов на телефоне.
Почему-то уверена, что это Лев звонил.
– Всё хорошо, – успокаивающе похлопываю по ладони сына. – Забей. Это даже развеселило немного.
– Повеселило? Это ужасно и оскорбительно, ма! Я сейчас…
– Угомонись, моя горячая и молодая кровь. Не надо. Просто пообедай со мной. У нас совсем немного осталось отдыха. Давай не будем его портить?
– Ага. Давай его другие испортят.
Сын недовольно фыркает, но успокаивается. Держит свои эмоции под контролем. Выдыхает.
Я человек простой. Радуюсь лишь тому, что всё закончилось нормально. То, что про меня подумали другие…
Это их проблема.
Мы обедаем, а после снова гуляем. С Дорониными больше не пересекаемся. Спасибо, Всевышний, и на этом. Но в голове возникают другие мысли.
Что, если Льва так уже видели? С Региной или другой… Что, если он прикрывался статусом «отец», а на самом деле изменял мне не раз?
Я не верю, что впервые их так поймала. Но верить же хочется! Для самой себя.
– Ма! – старший сын врывается в мою спальню.
– Давид, а стучаться? Где твои манеры.
– Да потом. Мне Реги звонила! Её в больницу увезли. С… Ну, с…
– С чем?!
Материнское сердце сжимается. Наплевав на поступки дочери, ему больно. Оттого, что больно моей малышке.
– В общем, – Дава опускает взгляд. – У неё угроза выкидыша.
У всех есть инстинкты. И паттерны поведения. Привычки, выработанные годами.
Я мама почти два десятка лет. Я привыкла беспокоиться о детях. Всегда была готова вступиться за них. Разорвать. И защитить от любых проблем.
Первым порывом – необдуманным, молниеносным – становиться поехать к Регине. Она в больнице. Она моя дочь. Она…
Беременна.
Возможно, от моего мужа.
Это трезвит.
Пощёчинами по лицу прилетает, напоминая, что дёргаться мне не стоит.
– Ма, серьёзно, она сказала, что всё решено, – клянётся Давид. – Я не знал про беременность. Иначе…
– Я верю, милый, – сжимаю его плечо, натянуто улыбаясь. – Всё нормально. Она позвонила тебе?
– Да, из скорой. Я пока вообще не выкупаю, как с этой хернёй разобраться. Вести себя и стоит ли к ней…
– Поезжай, Дава. Если хочется – конечно. Она твоя сестра.
Я не могу заставлять сына выбирать. Конечно, предательства и подстав я не приму. Не смогу простить.
Но и выставлять какие-то запреты – не имею права. Давид взрослый мальчик. Он может отличить плохое от хорошего.
А Реги – его двойняшка. Они всё время вместе. Нормально, что сын хочет поддержать её.
Иногда чувства сильнее разума.
– Я всё узнаю, – обещает сын строго. – Что она творит и откуда ребёнок. Выпытаю из неё правду.
– Дав…
– Я так решил.