Отрезает совсем как отец.
И спорить бесполезно.
Мы все вместе уезжаем из комплекса. Я высаживаю Давида на остановке, он сам доберётся. Адреса больницы не спрашиваю.
Чтобы не натворить ерунды.
– А куда он? – Максим крутится. – Снова к своим друзьям поехал? Опять нас бросил?
– У него дела, – улыбаюсь сыну. – Давид никогда нас не бросает.
– Бросает! Приезжает, и сразу по друзьям. А как бы я тут есть!
– Ну, – посмеиваюсь. – У тебя же есть тоже друзья. И ты с ними гуляешь.
– Не когда Дава дома!
– А Даня?
Сын хмурится, поглядывает на сопящего брата. Аргументы заканчиваются.
Домой я доезжаю в молчании. Паркуюсь на привычном месте, оглядываясь.
Вряд ли Лев будет круглосуточно меня поджидать, но…
Тревожно.
Не хочу я столкновений. Пусть к своей любовнице в больницу катит!
Регина беременна. Беременна! Это в голове не укладывается. Каждый раз бьёт под дых.
Будь это случайная любовница… Подруга… Да сестра даже! Это как-то проще воспринялось бы.
А тут…
Дочь. Родная дочь.
Почти девятнадцать лет с ней. Девять месяцев беременности. Каждый важный момент жизни – пропитан ею. Даже если не была рядом, всё равно же думала.
А теперь…
Зайдя в квартиру, я хватаю большой мусорный пакет. Пролетаю коршуном, выбирая вещи, связанные с Региной.
Сейчас не могу ничего!
Ни видеть, ни думать.
У меня дыра в груди.
Вот когда немного в себя приду, разберусь, тогда смогу подумать. Кто прав, оба лгали в доме или… Но сейчас мне просто нужно избавиться от всей боли.
– Мам, а ты что делаешь?! – Максим хмурится. – Зачем ты вазу выкидываешь.
– Это весенняя уборка, – вру. – Лишнее всё убираю.
– Только не трогай мою картину! Я же специально для тебя лепил из круп.
– Не трону. Это… Реги меня попросила. Все её вещи собрать.
– О! Я могу помочь? Я тогда свои фигурки там разложу!
Максим не понимает, что происходит. Поэтому к делу подходит с энтузиазмом. Веселится.
И я заражаюсь его детской непосредственностью. Мы включаем музыку, когда просыпается Даня.
Малыш явно косится на нас, но после сам начинает хихикать. Уборка идёт полным ходом.
Я нахожу несколько вещей Льва, которые пропустила няня. Выбрасываю их без сожаления.
Чувствую, как напряжение медленно утекает.
Пусть тебя шайтан утащит, Лев.
Я не буду из-за тебя страдать.
Не. Буду!
– Макс, прикрути музыку!
Прошу, когда раздаётся звонок мобильного. Незнакомый номер. Беру я с опаской. И ещё сильнее напрягаюсь, когда понимаю, что это Давид.
Что там уже случилось?
Где его телефон?
Что он узнал?
– Ма, – тяжёлый вздох. – Ты только не волнуйся.
– Говори уже!
– Ну… Возле больницы ошивался Лев твой. Видимо, ждал тебя. А появился я. И слово за слово…
– Дава.
Я прикрываю глаза, облокачиваясь на стену. Догадываюсь я, что произошло.
Эмоции сына бегут впереди него. Вулканом извергаются, выжигая любые разумные доводы.
А учитывая, как Давид порывался ударить отчима…
Итог я представляю.
– Вы подрались? – сын угукает. – Ты в больнице? Он?
– Нет. Я теперь в участке. Этот мудак засадить меня хочет.
Глава 9
– Макс, мне нужна твоя помощь.
Я звоню своему брату. Которого, по стечению обстоятельств, зовут так же как и сына. Брат любит шутить, что это в честь него.
С самооценкой у него всё отлично.
– Говори, – брат реагирует быстро. – Куда, сколько человек, оружие брать?
– Царёв!
Рявкаю, подъезжая к полицейскому участку. Дома дети и моя подруга Ксюша, которая за ними согласилась присмотреть.
Всё одновременно происходила. Действовала быстро. Соображала на ходу. Куда детей, к кому за помощью, как добраться.