– Кто? Мне…
– Набери-набери. Он поймёт.
– Макс!
Я разворачиваюсь. С радостью бросаюсь к брату, не сомневаясь, что уже в эту секунду всё решится. Царёв умеет своего добиваться.
– Привет, мелкая.
Брат прижимает к себе. Щипаю в бок, но брат – груда титановых мышц, что железной статуи коснуться. Толку ноль.
Запрокидываю голову, чтобы послать всё негодование взглядом. Макс старше меня всего на год. Не моя вина, что он бугаём вырос.
– Можно проходить, – распоряжается дежурный.
– Видишь, как всё решается, – Макс подмигивает мне, двигается первым. – Пошли, разберёмся.
– Лев сказал, что обвинений не будет, но…
– Даже если будет, заявление случайно потеряется. Любые записи – упс, и нет. Не переживай, будущее Давы под контролем.
Я договариваюсь с совестью. Всё же я не одобряю то, что творит брат. И вот эти махинации с законом… Они не всегда хорошо заканчиваются.
Но тут я рада, да. Лицемерно и эгоистично. Я не хочу, чтобы у сына были проблемы из-за того, что я с выбором мужа ошиблась.
– А додик твой где? – брат бросает взгляд через плечо. – М, Каринэ?
– О, – я только сейчас понимаю, что мужа нет. – Кажется, Лев сбежал от новой драки.
– Всё-таки мозги остались? Что у вас произошло там?
– Долгий разговор. Сначала Даву заберём, а потом…
Дава, оказывается, не дошёл всего несколько шагов. Разговаривает с каким-то крупным мужчиной.
Военная выправка, короткая стрижка. Но при этом – без формы. Лишь преграждает дорогу моему сыну, что-то втолковывая.
А Давид вместо того, чтобы расслабиться… Увидев нас, бледнеет ещё больше. Не нравится мне это.
– Проблемы? – сухо интересуется брат, оскаливаясь.
– Да, – не пасует мужчина, хотя взгляд Макса многих заставляет нервничать.
– Нет!
Возражает Давид. В несколько шагов оказывается рядом, подхватывая меня под руку.
– Раз мы закончили, то пойдём, – тянет за собой. – Я кое-что узнал, когда у Реги был, может, вам интересно будет. Идёмте, ага.
С юношеской прытью утаскивает за собой. Сдавшись, я зову Макса. Потом узнаю, куда ещё сын успел влезть.
Способный он у меня.
– Да какой-то дурак, – отмахивается Дава у машины. – Пристал, чего хотел – непонятно. Но я решил, что новые проблемы не нужны. Дядя Макс, спасибо вам.
– Мать благодари, – брат отвешивает ему подзатыльник. – И думай, что творишь.
– Лев заслужил.
– Не спорю. Если заслужил – значит, правильно всё. Но не на виду у ментов же драку устраивать. Умнее надо быть. В переулке там…
– Макс! Я тебя сама в переулке встречу, понял меня!
– А лучше вон у матери поучись. Она страху одними словами наводит. Я её с детства опасаюсь.
Пока мы загружаемся в машину, я внимательно рассматриваю Давида. Сжимаю пальцами подбородок, рассматривая.
Да, может первый удар Лев пропустил, но явно не позволил себя избить. У сына только губа треснута, но всё равно неприятно.
Материнское сердце…
Да-да, оно никогда не успокаивается.
– Ну, ма… – пыхтит сын недовольно.
– Не мамкай. Я тебе ещё добавлю, – угрожаю. – Ты чем думал?
– Тестостероном. Мозгами не думал.
Признаётся честно, посылая щенячий взгляд. И вот как после такого на него злиться?
Договариваемся, что Макс на своей машине поедет за нами. А дома уже расскажу всю «прелесть» моей ситуации.
Обхожу машину спереди, когда замечаю того мужчину на крыльце. Который Давида доставал в участке.
Стоит, смотрит прямо на нас. Моего ответного взгляда совсем не смущается. Словно даже жёстче становится.
Запоминаю лицо, на всякий случай. Грубые черты, квадратный подбородок. Щетину.
Может пригодиться.
– Выкладывай, – рычу, усевшись в машину. – Давид!
– О чём? Что? – невинно пожимает плечами. – А, про Регину. Короче, я же к ней успел зайти. Беременность сохранили. Она мне про своего таинственного парня втирала. Но когда я припечатал – сказала, что от Льва беременна. Ма, это какой-то трындец. Я не знаю, что с этим делать.