– Мой хорошенький, – я сижу на полу у кровати. – Какой ты у меня молодец.
Сердце излечивается, когда я наблюдаю за успехами детей.
Я собираю Даню на улицу. Возможно, хоть прогулка пойдёт на пользу и немного отвлечёт.
Я помню, насколько сложно было с Реги и Давой. Без опыта, особой помощи, двое малышей.
С Максимом было проще уже. Я брала отпуск на работе, чтобы первое время провести с сыном. Потом – совмещала.
С Даней… Сложно, когда колики и бессонные ночи. Но стоило убрать работу – как намного проще. И скучнее.
Я законченный трудоголик. Который падает от усталости, но не сдаётся. А отдыхать не умеет.
Буду учиться. Времени у меня полно. А раз Давид становится самостоятельным, муж объелся груш… Основная забота о младших детях, что не так много времени занимает.
Найду чем заняться.
Вот подруга звала меня в какой-то спортивный центр всё время. А на крайний случай – меня всегда ждут на стрельбище брата.
Начинаю я с простого. Прогулка в центральном городском парке. Большая площадь, всё в зелени и днём не очень шумно.
Даня засыпает на свежем воздухе. А я покупаю себе кофе, понимая, что два часа дальше гулять.
Не хочется будить сына, пока буку укладывать его в детское кресло. Иначе после будет сложная ночь. А и так вздрагиваю от любого намёка на колики.
Направляюсь к безлюдной аллее, желая насладиться тишиной. Но тут же едва не натыкаюсь на двух девочек.
Знакомых мне уже.
Я готовлюсь к тому, что своими громкими криками они разбудят мне ребёнка, но девочки замирают послушно.
– Драсьте, – шепчут едва слышно.
– Здравствуйте, – я им киваю, улыбаясь. Показываю, что говорить можно громче. Просто не кричать.
Через минуту их догоняет Полина. Улыбается мне. Я надеюсь, что мы разойдёмся, но девушка просит уделить ей минуту.
– Я ещё раз хотела перепросить за ту ситуацию. на выходных, – Поля поправляет светлые волосы, смотрит на меня несчастно. – Очень некрасиво получилось.
– Всё нормально, – я отмахиваюсь.
– Я не должна была делать таких выводов о тебе. И Вите позволять так разговаривать. Я просто… Растерялась, как поступить.
– Растерялась?
– Знаешь, эта вечная дилемма. Рассказывать об измене или нет. Как правильно поступить.
Хорошо, что у детей таких дилемм нет. И сын мне сразу всё рассказал, не боясь, как это повлияет.
Иначе всё было бы намного запутаннее.
А так со всех сторон у меня свидетели и доказательства.
– С другой стороны, знаешь… Заметь кто-то моего Витю с другой – я хотела бы знать. Даже если ошибка. Лучше посмеяться вместе, чем жить во лжи, – Полина продолжает щебетать. – И это похоже на попытку оправдать себя. Неважно. Прости ещё раз.
– Всё действительно в порядке.
– Я получила твоё сообщение, что тебя не будет на празднике. Ты подумай, если хочешь…
– Полин, не стоит.
Я пресекаю попытки пригласить меня. Это всё из вежливости, а у меня нет сейчас времени и сил на этикет.
Дорониных я знаю поверхностно. Была на их свадьбе и юбилеях, но мы не общались близко. Не пили кофе с Полиной по выходных, не дружили семьями.
Нет нужды сейчас делать вид, что мы близки.
Поэтому перекинувшись несколькими фразами, мы расходимся. Я лишь узнаю, что Полина живёт тут близко. И поэтому мы столкнулись.
В остальном прогулка проходит хорошо. Я немного перезагружаюсь. Выдыхаю, чувствуя себя лучше.
Заново учусь быть просто мамой, не нагруженной сверху другими заботами.
Я получаю звонок от юриста, который переоформлял документы. И от адвоката по разводам, с которым я связалась.
Лишь после этого решаюсь на самое сложное.
Назначаю встречу со Львом.
К этой встречи я готовлюсь основательно. Нахожу новую няню, так как не хочу, чтобы в семью был вхож кто-то из «людей Каминского».
Мне жаль прощаться с Алевтиной Орестовной, она настоящий диктатор, который может всех приструнить.