Войтов тут же отлепляется от экрана и оглядывает меня совершенно не читаемым взглядом.
- Я не могу мокрая идти через весь город.
- А грязная, рваная и с разбитым лицом могла?
Я скриплю зубами и с вызовом отвечаю.
- Могла… Заплати мне ущерб!
Глеб отрицательно качает головой и складывает руки на груди.
- На дворе лето. Высохнешь быстро.
Он снова углубляется в изучение монитора ноутбука, а у меня внутри всё закипает от злости.
Подлетев к столу, я захлопываю ноутбук перед его носом
- Восстановишь свои гляделки потом!
Лицо Войтова каменеет.
- Ах ты сучка! – цедит он, когда резко поднимается с кресла, - надо было Сереге и тетке тебя лупить, чтобы ты не была такой борзой и наглой пацанкой.
Войтов надвигается на меня, но я не убегаю. Упоминание брата окончательно спускает тормоза.
- Надо было тебе Серёжу не убивать, тогда бы мне не пришлось слоняться по чужим домам и унижаться.
Голова Войтова отшатывается назад, словно я его ударила. Мужчина замирает в паре шагов от меня и опускает голову.
- Нечего ответить, дядя Глеб?
К глазам подступаю слёзы, но я не позволю им пролиться, тем более перед Глебом.
Долгая тишина прерывается только моим и его дыханием, а потом он быстро отворачивается и выходит из кухни.
Потоптавшись на месте, я вытираю одинокую слезинку на щеке и медленно шагаю к выходу.
- Это тебя нужно лупить, дядя Глеб, - шиплю я сквозь зубы, - чтобы ты понял как больно было потерять единственного близкого человека.
Глава 8
Глава 8
На крыльце я снова оглядываю себя и с сожалением понимаю, что мокрая одежда снова облепила моё тело, как влитая. Как в таком виде идти по городу?
И тут я вспоминаю про телефон.
- Точно! Можно же позвонить Стасу или Маринке!
Улыбнувшись, я пинаю ногой калитку и выхожу на дорогу. Вытащив из кармана телефон, я от удивления вскрикиваю. Он промок! Вымок насквозь, когда этот убийца купал меня. От досады я готова разрыдаться - на этот дешёвенький самсунг я полгода копила, а теперь и его у меня нет.
Усевшись на газон, рядом с дорогой, я роняю голову на руки и обреченно вздыхаю. Жизнь – грёбаная боль. И чем больше я цепляюсь за нее, тем сильнее она даёт мне пинка. Сколько можно? Сколько я должна пройти, чтобы выйти к свету. Он есть вообще этот свет? Опутанная мыслями, я не замечаю как засыпаю. Если встречать глобальный пиз…ц, то конечно в бессознательном состоянии.
Просыпаюсь от легкого тычка в лоб.
Неужели тетка, снова решила отправить меня на свой огород. Анфиска очень любила поднять меня в выходной по-раньше и заставить ехать на дачу.
- Отстань. У меня выходной.
Повторный толчок заставляет меня приоткрыть один глаз. Отчего-то все конечности задубели и я не сразу могу пошевелиться… Но когда я обнаруживаю себя сидящей на газоне, моё деревянное тело сгруппировывается и входит в режим самозащиты. Значит я спала не дома на диване, а сидя на лужайке напротив дома Войтова. Собственно он и стоял сейчас передо мной. Мужчина буравит меня брезгливым взглядом, сложив руки на груди.
Сейчас я себя чувствую не просто униженной, а приниженной и приколоченной гвоздями к самой чуханестой обочине жизни.
Конечно, я не собираюсь ему говорить, что не спала двое суток – в первые сутки работала, а вторую ночь просидела в травмпункте и на качели во дворе дома. Прочистив горло, я с вызовом встречаю взгляд Глеба и сипло бросаю.
- Чего уставился?
Войтов пару секунд молчит, но потом всё же отвечают.
- Измеряю глубину твоего дна.
Вот. Это то, о чём я говорила. Возможно даже тётка была обо мне лучшего мнения. Хотя её «лучшее» можно измерить уровнем плинтуса.
- И как успехи? Рейтинг твоего самолюбия резко взлетел?
Глеб сжимает губы, но не отвечает.
Кое как поднявшись, я разминаю скованные судорогой конечности и отмечаю, что одежда немного подсохла. Она оставалась мокрой, но уже не так прилегала к телу.
- Мой телефон умер, когда ты искупал меня в бочке.
- Сомневаюсь, что для тебя это трагедия. Человек, который практически каждый месяц теряет телефон, вряд ли переживает.
- Что? – удивлённо восклицаю я.
Испорченный самсунг был вторым моим телефоном, до этого я таскала Маринкину старую нокиа. Ей родители на шестнадцатилетние купили новый телефон, а свой она мне отдала. Пока был жив брат, он принципиально не покупал мне телефон, мотивируя это тем, что я буду виснуть в интернете и забуду про учебу.