-Это, что-то вроде стакан воды на завтрак, отрубной кусочек хлеба на обед, а на ужин дух святой? – с насмешкой спросила я.
-Ну не так кардинально, но в целом ты права – смущаясь, ответила она.
-И, что ты хочешь от меня услышать?
-Ну не знаю, что-то вроде, зачем тебе это? – озадаченно произнесла она.
-Миранда, я не ты, а ты не я, поэтому мне безразлично, чем ты там питаешь и что станет с твоим телом завтра или после завтра, не раскрывай свои секреты и внутренние переживания незнакомым людям, перестань быть столь наивной, начни признавать свои ошибки и не жалуйся на то, что сама заварила – отчеканила я.
-Ты бессердечная – почти в слезах проворчала она.
-Не отрицаю – сухо ответила я, на что она искренне удивилась, и с её глаз потекли слёзы – я каждый день корю себя за съеденный кусок отрубного хлеба и панически боюсь становиться на весы, а ты так грубо относишься к моей проблеме.
-Проблеме? – с ноткой насмешки спросила я – ты считаешь это проблемой? – она неуверенно подняла голову, но не отвернулась, а продолжила таращиться на меня своими заплаканными глазами – ты сама всё это себе внушила, а теперь делаешь из этого трагедию? Ты не понимаешь, даже какую глупость совершаешь, думая, что это нереальная проблема! Хватит строить из себя милую овечку и плакаться в тапки своим родителям, прекрати навязывать мне то, что я отрицательный персонаж в твоей истории! Знай, что абсолютно по боку кто ты и что ты ешь, так же мне фиолетово нравлюсь ли я тебе и будешь ли ты со мной потом общаться, ты не пуп земли и ты не имеешь право судить других! – яростно выразилась я.
-Ты бесчеловечная.
-Это всё, что ты можешь? Просто раскидываться оскорблениями? – расхохоталась я – эти слова не делают мне больно, потому что там, где должно быть больно у меня ничего нет! – в её глазах застыл немой ужас, а колени начали трястись, если бы она не ухватилась за хлебный стеллаж, то валялась бы на полу в своей дорогущей юбке - я не отрицаю, что я плохой человек, но, в конце концов я – это я, и ты не имеешь право переходить на личности, так что лучше подучи социальное право, а потом выходи в свет и пудри мозги окружающим – усмехнулась я.
-Да ты, словно зомби, восставшая из зомби, у тебя нет сердца, только инстинкты и умение пожирать чужие страхи, ты не человек, ты монстр – заявила она, только вот голос её покинул, и выдавила она все слова шёпотом.
-Не сочти за грубость, но твой комплимент уместен и да, прекрати тратить своё драгоценное время на такого монстра, как я и не льсти себе девочка, потому что мне действительно приятно, когда люди говорят правду обо мне, ненавижу лжецов и лицемеров – отчеканила я, как только я договорила, она развернулась и рванула наружу, вытирая глаза полные слёз. Правильно это или нет? Но мне всё равно на то, что с ней будет, я бессердечная, бесчеловечная и просто наглая личность, у которой на уме только месть и дальнейшая жизнь без смысла.
17
Когда мой рычаг выбежал наружу, так словное ё ошпарили кипятком, я сделала то же самое и подошла к машине, которая всё это время преследовала нас.
-Ну, здравствуй, Леон – без эмоционально произнесла я.
-Почему твоя знакомая выбежала в слезах?
-Не переживай, благодаря мне я сохраню её мочевой пузырь в полном порядке, но вот меня она выжала, словно лимон.
-Выглядишь, как всегда устрашающе, но теперь ты раздражены – хихикнул он.
-Не смешно, пойдём со мной.
-Ты поведёшь меня туда, откуда она выбежала в слезах, ты так сильно хочешь помочь и моему мочевому пузырю?
-Не глупи - закатила глаза и одним рывком открыла водительскую дверь, которая оказалась не заблокированной – ты знал, что я это сделаю, да?
-Конечно, ты очень импульсивная и от тебя можно ожидать всё, что угодно, поэтому я готов ко всему – восторженно произнёс он.
-Если прямо сейчас ты не поднимешь свою задницу с мягкого сидения, то по твоей вине я останусь голодная, как и мой сожитель.
-Почему таскаюсь за тобой я, а все подробности о твоей жизни известны только боссу? – опечаленным тоном заявил Леон.
-Так уж и быть, я познакомлю тебя со своим сожителем, но для начала вставай уже! – воскликнула я.
-Жду не дождусь, встречи с этим полудурком – как-то раздражённо произнёс Леон.