-Так вот, как зовут этого бойца – смена темы помогла нам наладить атмосферу и не переругаться в очередной раз.
Корм кота я насыпаю в пиалу, которая, скорее всего, служит, как сервировка на стол, но тратить деньги на бессмысленную пластмассу за триста рублей мне не охота, после трапезы Сурвика, я проводила Леона к дверям и мы распрощались на дружеской ноте. Когда в моих руках есть вся информация на Сильвестию, то я могу пресануть эту трусливую особу и постараться выйти на её коллег по сокрытию нас с Адрианой за решётку. Взяв в руки мобильный телефон, в котором сразу после Миранды идёт контакт, который заставляет мою кровь бурлить, я нажала на вызов и прислушивалась к каждому гудку, который отделяет нас друг от друга.
-Ало, кто это? – когда люди называют возбуждение самым ярым ощущением, то я готова с ними поспорить, потому что адреналин и гнев, который я чувствовала, когда услышала этот едкий голос были на самой вершине, это было нечто невероятно ошеломительное, хотелось буквально рвать на себе кожу и орать, как резанная.
-Как грубо, вы же мне, как мать – спокойно произнесла я, в ответ по ту сторону трубки воцарилась гробовая тишина, если бы могла обрести чудо слух, то хотела бы услышать её прерывистое дыхание, учуять страх, который она прямо сейчас испытывает и насладиться этим вдоволь.
-Откуда у тебя мой номер? - вот уж не думала, что у неё хватит смелости продолжить диалог.
-Миранда поделилась – её дочь самый верный путь к нервному срыву этой женщины, но, к сожалению, я воспитана слишком хорошо и не могу навредить тому, кто ко мне не имеет никакого отношения.
-Что ты сделала с моей дочерью, бешеная девчонка? – вот это уже, что-то интересненькое, её голос сорвался, а значит, что теперь она чувствует себя побеждённой.
-А разве вы не говорили с ней по телефону приблизительно три часа назад? – как ни в чём, ни бывало, поинтересовалась я.
-Откуда ты знаешь? – страх, опасения, чувство безысходности – это всё, что можно услышать в голосе Сильвестии.
-Я успела подружиться с вашей закомплексованной дочерью, скажу вам так, она такая же, как и вы – усмехаясь, ответила я.
-С чего ты смеёшься, как ты нашла мой номер, зачем тебе моя дочь? – истерика, вот что может показать слабину, и к счастью у неё это вышло, теперь я имею полный контроль над её миниатюрным мозгом, которым она не удосужилась воспользоваться.
-Смех продлевает жизнь, не знали? – пропела я.
-Бешеная девчонка, говори, что тебе от меня нужно?
-Вот так сразу к делу? Я думала, мы вспомним былые времена, а только потом приступим к самому важному – с ноткой веселья произнесла я.
-Мне с тобой не о чем говорить, что тебе нужно деньги, работа, жильё? Я всё предоставлю, только не тронь мою дочь! – Сильвестия кричит, точнее орёт.
-Мне нет дела до твоей избалованной дочурки – отчеканила я – мне надо знать, кто стоит за тем скомпрометированным видеороликом с участием Риты!- кулаки сжались до кожи цвета белизны, а перед глазами предстали улыбающиеся бабушка и дедушка.
-Какова вероятность, что ты не тронешь мою дочь? – трясущимся голосом промямлила Сильвестия.
-Твою мать! За кого вы меня принимаете? Меня посадили по вашей грёбаной инициативе, хоть я и не вела аморальный образ жизни, а вы сейчас выставляете меня убийцей? – если бы кто-нибудь увидел с каким спокойным выражением лица я произносила каждое слово, то ужаснулся бы моей хладнокровности, но рядом никого нет, а это значит, что мои эмоции принажат только мне. Именно поэтому прямо сейчас я сжала телефон до такой степени, что защитная плёнка в том месте, где я его касалась, лопнула и поцарапала мне щёку.
-Каждый член совета хотел забыть об том инциденте, в котором вы с Адрианой стали гвоздями программы, но так и не смогли. Спустя месяц вашего заключения инспектор по делам несовершеннолетних приходил с рапортом, написанным на твоё имя и фамилию. Ты вела себя, как кошка, имеющая девять жизней, нам сказали, что ты ввязывалась в конфликты с опасными преступниками и не уступала пожизненно заключённым в ловкости и силе воли. Каждый месяц мы получали известия о том, что ты ведёшь себя, как дикарь какой-то, что ты не боишься гнева протёртых заключённых, что ты не ведёшься на провокации, а сама являешься зачинщиком. После полученной информации, никто не мог считать тебя нормальной, поэтому тебя прозвали бешенной, не знаю, встречала ли ты кого-то знакомого на своём пути, но если и встречала, я не удивлюсь, если они сторонились тебе или смотрели, как на бешеную собаку.