Я молчала. Солгать? Ответить правду? Они и без того знают, что я получила деньги. Я им нужна, чтобы подтвердить их подозрения.
Слова слишком много значат, поэтому я медленно кивнула.
Маркус и Ливия переглянулись.
– Проклятие! – прошипел Маркус, – вот же вурдалак неугомонный!
– Что ж, – Ливия владела собою лучше, но это и неудивительно, они ведь уже подозревали что именно я скажу, – а если я назову вам фамилию, вы сможете припомнить судьбу этого человека? Хотя бы примерно!
Я покачала головой.
– Я не могу помочь в этом. И дело не в том, что я капризничаю или не сочувствую. Дело в том, что у нас вся информация поступает в виде шифровок. То есть, совсем шифровок. Там цифры и буква. Написано ещё прибытие и куда отправлен. И пометки. Например, М1-С2Р.
– Чего? – поперхнулась Ливия. – И… вы можете нам пояснить что это значит?
– Не могу, – честно ответила я, – и насколько я знаю, никто из моих бывших коллег тоже. Мы всего лишь разбираем списки и разделяем по Кругам. Ну ещё посылаем такие же списки тех, кто хочет посетить иной Круг и по причине, но это опять же – заявки, и если их одобряют…
Я осеклась. Скорее всего, эти двое пришли вопреки всякой заявке. Как и Вильгельм тогда. Но не потому что не могли подать её или не знают процесса, они явно умерли раньше меня, а потому что не хотят показываться.
Бланка говорила об обходных путях в Круги. Может быть, это не такие уж и сказки?
– И Вильгельм получил такой же список? Непонятный? – уточнил Маркус. – Без фамилий, имён и причин смерти?
Я кивнула. Отвечать словами опасно – припомнят. То, что кивки безопаснее – моя личная иллюзия, но мне так почему-то спокойнее.
– Убить его мало, – ответствовал Маркус, – кого он ещё заденет?
– Кто-то же должен знать как читать эти списки, – растерянно пробормотала Ливия. – Он поступают в Бюро. Значит, туда?
– Опасно. Они трусливы.
– Разберемся, – уверенно ответила Ливия.
Они разговаривали между собой так, словно меня и не было. Впрочем, я им ведь не помогла. Да и ничем не могла помочь. Но было обидно.
– Он говорил что будет делать дальше? – безнадёжно спросила Ливия, вспоминая обо мне.
– Нет, – тихо ответила я.
– Ужасно, – она вздохнула. – Вы даже не представляете себе, Эда, сколько шума он уже произвёл. Сначала он инициировал проверку вашего Круга, чтобы прийти сюда легально, потом вот это, и сейчас будет ещё искать следы своего потомка, который про него и знать не знает!
– И это всё при том, что он знает, что это незаконно! – добавил Маркус, – может ну его?
– Нет, – Ливия возразила тихо, но уверенно. – Так нельзя. Да, знает, но и что же? Бросать его?
– Чтобы думал…
– Что с ним будет? – вообще-то мне должно было быть всё равно. А если говорить ещё честнее, я и вопросов не должна была задавать, это же самой подставиться. Но мне почему-то хотелось убедиться, что всё не так плохо. Может быть Вильгельм чего-то и нарушил, но разве это страшно?
– Ну мозги у него точно уже не отрастут, – Маркус хмыкнул, – а вообще… разве в вашем круге не учат тому, что бывает с нарушителями такого закона?
– В этом Круге про этот закон знают лишь обрывками, – Ливия ответила вместо меня. – Здесь же беспамятство.
– Но про законы мы знаем! – возмутилась я.
– Не знаете, – возразила Ливия спокойно, – чем ближе Круг к Точке Тьмы, тем жёстче там законы и тем хуже там наказания. Больше правил, больше законов. Я тебе скажу честно – до вашего Круга даже не все доходят.
Я молчала. Я знала, конечно, как и все, о различиях между Кругами, но полагала всё же, что у нас одинаковые законы и правила. Но выходило, что даже законодательство у нас разное?
– Что прощается здесь, будет уничтожено там, – закончила Ливия и вздохнула, – что ж, спасибо, Эда, что встретились с нами. Я надеюсь, что вы не расскажете о нашей встрече – если за Вильгельма возьмутся, отследят всех. Вам едва ли что-то будет, но лучше не рисковать.
– Да ничего ей не будет, не пугай! – не выдержал Маркус. – По сути, листок ещё не ответ.
– Тем не менее, советую молчать, – взгляд Ливии стал жёстким, колючим. – И прошу вас, если вдруг что станет известно, связаться со мной немедленно. Череп поможет вам, он у вас замечательный.
– А что мне должно стать известно? – я спросила грубо, устав от её возвышенного снисхождения ко мне. Да, я мертвец маленький, но это же не значит, что я буду всё это сносить?
– Вильгельм обратился к вам, – просто ответила Ливия, – почему к вам? Словом, Эда, надеюсь, вы нас поняли и будете разборчивы в своих решениях. А пока же – прощайте. И считайте нас своими друзьями.