Элен умылась, почистила зубы и легла спать. Она держала глаза открытыми столько, сколько могла, желая не заснуть, несмотря на то, что так устала.
Если она заснет, то спустится в Подземный мир и погрузит себя в одиночество, которое было еще более полным, чем одиночество которое она чувствовала в реальном мире. Но чем дольше она лежала в постели, тем больше она думала о Лукасе. Элен потерла ладонями лицо и попытался запихнуть язвительные слезы обратно в глаза. Невыносимая тяжесть начала снова давить на грудь.
Она не могла позволить себе валяться, или через несколько минут она будет валяться в грязевой яме. Затем интересная мысль промелькнула у нее в голове.
Может быть, на этот раз она будет не одна в Подземном мире.
Она понимала, что ее спаситель был, вероятно, миражом, но Элен была в отчаянии. Даже разговаривать с миражом предпочтительнее, чем бродить в одиночестве.
Когда она сосредоточила свои мысли на низком голосе, который она слышала, Элен позволила себе заснуть. Она представила вспышку золота, красивый рот и звук голоса, каким он произнес ее имя, когда протянул руку, чтобы вытащить....
Элен находилась в подобной прерии равнине с большим количеством мертвой травы и волнистых холмов. Она уже бывала в этой части Подземного мира прежде, но чтото изменилось. Она не могла сказать что, но все чувствовалось немного отличающимся. С одной стороны, был шум. Элен не забыла, что не было никаких звуков в Подземном мире, кроме тех, что издавала она сама — даже звука ветра на траве.
Почемуто Подземный мир чувствовался реальным, а не как часть ужасного кошмара. Элен уже испытывала это раньше, хотя на мгновение, когда была чудесным образом спасена из ямы. Этот новый взгляд на Подземный мир вызвал у Элен одновременно и потрясение и облегчение. По какимто причинам Аид казался менее адским. Глядя вокруг сейчас, Элен вспомнила момент из "Волшебника из страны Оз" где Дороти видит впервые Изумрудный город в цвете.
Она вгляделась вдаль и увидела танцующие вспышки золота, в сочетании со звуками криков, ворчания и лязга. Там шел бой, и похоже жестокий. По крайней мере, Элен теперь была уверена в одном. Парень с теплыми руками не был миражом.
Она побежала туда, где происходил бой, так быстро, как только могла.
Взобравшись на небольшой холм она увидела как большой парень с заросшей копной распущенных каштановых кудряшек, используя длинный кинжал, рубит в клочья грифовидную летучую мышь, которая хлопала крыльями вокруг его головы. Когда Элен подбежала ближе, она услышала рычание и проклятия гарпии, пытающейся разодрать молодого человека своими когтями. Даже при том, что он боролся за свою жизнь, Элен не могла удержаться не заметив, что он вообще то нуждается в стрижке.
"Стрижка" взял верх на мгновение, и Элен увидела его улыбку наполовину удивленную, наполовину самопоздравительную. А когда он понял, что попрежнему проигрывает, Элен увидела как улыбка быстро превратилась в самоуничижительную гримасу. Даже если он боролся отступая, казалось, что его не покидает хорошее чувство юмора.
“Эй! ” крикнула Элен, когда приблизилась к борющейся паре.
Стрижка и гарпия неловко замерли в середине боя, при этом каждый из них все еще сжимал горло другого. Половина рта Стрижки поднялась в удивленной улыбке.
"Элен", удалось ему каркнуть, как будто у него всегда была пара когтей, сжимающих его шею.
Элен была так озадачена его беспечностью, что чуть не рассмеялась. А затем все снова изменилось.
Мир начал замедляться и сгущаться вокруг нее, и Элен знала, что это означает, что в обычном мире ее тело начало просыпаться. Часть ее мозга начала регистрировать раздражающий шум исходящий из далекой вселенной, и она поняла, что не успевает помочь Стрижке перед пробуждением. Элен отчаянно огляделась, затем наклонилась и подняла камень у ее ног, выпрямилась, и бросила его в монстра. . .
. . . и камень из Подземного мира полетел прямо через спальню в окно, разбивая его на тысячи осколков.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ