— Если у Су был тайник, она наверняка забрала его содержимое с собой, — сказала Ева — столько же себе, сколько напарнице.
Пибоди кивнула и вставила диски в плеер.
— Все сорок восемь часов?
— Начнем с того момента, как мы пришли к Су. Остальное посмотрим в Центральном.
Пибоди промотала вперед.
Ева смотрела, как они подходят к двери, разговаривают с охранной системой. Вестибюль, лифт, коридор, ведущий к квартире Су…
— Увеличь немного скорость и сделай так, чтобы одновременно видеть изображение с камеры на входе и на этаже.
На экране Ева с Пибоди вышли на улицу.
— А мое волшебное розовое пальто волшебным образом стройнит!
— Заткнись, Пибоди.
В здание вошел курьер с большой вазой красных и голубых цветов. Вышла женщина в травянисто-зеленом пальто и клетчатом шарфе, с белой собакой на поводке. Затем — мужчина с портфелем, явно опаздывающий и задерганный. Потом…
— Стоп-кадр. Посмотри на нее. Прячет лицо от камеры.
— Возможно. — Пибоди сжала губы. — С другой стороны, стоял зверский холод, и все кутались по самые глаза.
— Волосы спрятаны под шляпу — ни пряди не торчит. Голова опущена, нижняя часть лица замотана шарфом. Длинное пальто, перчатки. Пусти дальше — на обычной скорости. Не местная: видишь, звонит по домофону? Однако где находятся камеры, знает. Сколько прошло с нашего ухода? Минут двадцать?
— М-м… двадцать три.
— В вестибюле все время смотрит вниз. В лифте — в сторону. Для Маккензи слишком высокая. Двигается не как Даунинг. Возможно, кто-то четвертый. Выходит на этаже Су, приближается к квартире, исчезает за дверью. Когда мы ушли, Су кому-то позвонила. Мы ее напугали, и она вызвала сообщницу. Не выключай изображение с других камер — на случай, если Су вызвала и остальных. Можешь сделать видео из коридора побыстрее?
— Макнаб точно смог бы. Подожди минуту.
Пока Пибоди возилась с техникой, Ева мерила шагами комнату.
— Они знали, что мы скоро их вычислим. Поэтому и решили залечь на дно. Су и та другая совещаются, обдумывают положение, звонят остальным. Су собирает вещи — жопу даю на отсечение.
— Получилось! Ух, да я крута! Смотри, Даллас, вот они выходят — спустя сорок шесть минут.
— У Су в руках чемодан и большая сумка, у ее подруги — второй чемодан. Подруга сохраняет достаточное хладнокровие, чтобы не забывать отворачиваться от камер. Точно не Маккензи. И вряд ли Даунинг. Кто-то из остальных. Отдадим запись электронщикам — пусть займутся. Может, что-нибудь выяснят.
— Если Янси сумеет воспроизвести картину по воспоминаниям Лорел, может, и выяснят.
— Обрати внимание, как одета Су. Сапоги скорее рабочие, чем выходные, под пальто — повседневные брюки. Кроме чемодана, большая черная сумка. Поставь на паузу — взгляни на ее лицо. Смотрит прямо на камеру. Нет, не на камеру, — поправилась Ева, — на нас с тобой. Понимает, что рано или поздно мы увидим запись. Взгляни на выражение лица…
— Злое, но… самодовольное.
— Точно.
— Сейчас она заедет за остальными, — тихо произнесла Пибоди.
— И снова примется за Бетца. Наверняка они занимаются им по очереди — надо же когда-то зарабатывать на жизнь. Но на месте они не стоят. Им еще нужно выкрасть Истердея, а в таком костюме обольщать его будет не Су. На сей раз это задача Маккензи.
— Машина принадлежит Су, как ты и сказала.
— Да, скорее всего. Перемотай на предыдущий день. Начни часов с пятнадцати.
В пятнадцать десять Су вышла из квартиры. Вся в черном, в руке — большая черная сумка. Волосы забраны в хвост, глаза скрыты за темными очками. В лифте она натянула перчатки, сжала руки в кулаки.
— Дальше, — пробормотала Ева. — Давай посмотрим, как она возвращается.
Они наблюдали вечернюю жизнь здания: люди спешили на вечеринку, на ужин, на ночную смену, возвращались с работы, из магазина, после посиделок с друзьями. Мужчина с женщиной, которые, судя по языку тела, в течение вечера успели поссориться, возвращались домой с каменными лицами. Еще одни мужчина и женщина, видимо, не ссорились, зато изрядно выпили. Смеясь и пошатываясь, они вошли вслед за первыми. Кому-то повезло, кому-то — нет.
— Вот она. Почти в четыре утра. Самодовольной больше не выглядит, — заметила Ева, наблюдая, как Су входит в здание и поднимается на свой этаж.
— Вид очень усталый. Не то чтобы я ей сочувствовала — наверняка она только что убила Вайманна и, возможно, поработала немного над Бетцем. Но вид у нее больше чем просто усталый.