Она подошла к перевернутому столу, рядом с которым алели пятна крови и валялось битое стекло.
— Когда входят женщины, Истердей совершенно не готов. Возможно, слегка пьян. Они ведут Бетца, вталкивают его в дом. На это нужны как минимум две, а их четыре. Они моложе, быстрее, настроены решительно. Нетрудно догнать мужика, если ему под семьдесят и он слегка навеселе. Истердей хочет сбежать, но женщины окружают его всей стаей — око за око, так, по-моему? Что бы это ни значило. Они борются, опрокидывают стол, разбивают стеклянную вазу. Истердей падает. Скорее всего, ударяется головой. Возможно, режется о стекло. Он либо оглушен, либо без сознания, и его связывают.
Ева оглянулась на чистильщиков, которые снимали отпечатки с люстры и веревки.
— Связать его не составляет труда. Потом они ждут, пока он придет в себя, а сами надевают на Бетца удавку. Теперь у них две жертвы, и они заставляют Истердея смотреть, как поднимают люстру, как петля затягивается, а Бетц раздирает ногтями собственное горло, дергает ногами, корчится в судорогах.
Ева перевела дыхание.
— «Ты смотрел, как твои братья насилуют нас. Они смотрели, как ты насилуешь нас. Теперь посмотри, как твой «брат» умирает, и знай, что тебя ждет то же самое».
— Они могли бы поставить точку прямо здесь. — Пибоди ссутулила плечи — слова Евы заставили ее ярко представить себе картину преступления. — Убить обоих и скрыться.
— У них другой план. Истердей должен страдать. Им есть что ему сказать, что с ним сделать. Он должен молить, как молили они, и знать, как знали они, что мольбы не помогут. Подождите немного…
Ева шагнула к только что вошедшему офицеру Кармайклу.
— Извини, что вызвала.
— Такая уж у нас работа, лейтенант.
— Хочу, чтобы ты руководил опросом соседей. Нужно разбудить весь квартал, выяснить хоть что-нибудь. У преступников есть машина. Скорее всего, фургон. Цвет темный, современная модель. Проследи, чтобы у каждого копа были наброски Янси. Придется тебе согласовать свои действия с местной полицией.
— Не беда. У меня здесь двоюродная сестра работает. Я уже ей позвонил, ввел в курс дела. Она поможет все уладить, если понадобится.
— Отлично. Пусть местные выставят оцепление, но ты за ними проследи — я ведь их не знаю.
Ева снова подошла к Рорку, Пибоди и Макнабу.
— Проверили электронику, — доложил Макнаб. — На первый взгляд — ничего. Сейчас приедет команда электронщиков и отвезет все в Центральное. Хотите, чтобы я поехал с ними?
— Нет. Нужно обыскать квартиру и офис Блейк. Вы с Пибоди займетесь офисом, а мы с экспертом-консультантом — квартирой. Так в каждой команде будет по электронщику. Есть рядом с офисом место, где можно посадить этот чертов вертолет?
Рорк знал, что Ева воспротивится — возможно, с применением силы, — если похлопать ее по заду. Поэтому похлопал по плечу:
— Место есть всегда.
— Тогда полетите с нами и доберетесь до офиса от этого места, где бы оно ни было.
— Полет на вертолете… Класс! — воскликнула Пибоди.
— Рио пытается выбить ордер на конфискацию электроники. Речь об офисе юриста, так что это несколько осложняет дело, однако улик у нас более чем достаточно. Пока не получим ордер, переверните все вверх дном, но электронику с документами не трогайте.
— Поняли.
— Здесь мы закончили. — Ева последний раз обвела взглядом прихожую. — Поехали.
Пока возвращались в Манхэттен, Ева обменивалась эсэмэсками с Рио и читала досье на Маккензи и Даунинг, составленные Бакстером, Трухартом и Пибоди.
— Когда знаешь, где искать, картина становится ясна. Все четверо летали одним рейсом на панихиду по Элси Аддерман. Все четверо делали ежегодные пожертвования центрам, которые помогают женщинам или жертвам изнасилования. Суммы разные, организации тоже, но каждая жертвовала деньги на дело, связанное с ее собственной травмой. Ни одна не состоит в отношениях. Все, кроме Даунинг, учились в одном университете. Мы еще выясним, как она связана с Йельским. Все, кроме Блейк, были отчислены или пережили душевный кризис. У нее кризис случился позже — так мне видится.
— Липски из центра психологической помощи узнала Су, Даунинг и Маккензи, — добавила Пибоди.
— Теперь нам известно, что Блейк работала там же юрисконсультом. Если показать Липски портрет Аддерман, она и ее узнает. «Сестры» пересеклись либо в центре, либо в группе поддержки — до или после того, как к ним вернулись воспоминания.
Рорк посадил вертолет на крышу.
— Мы всего в одном-двух кварталах от офиса и в паре от квартиры.