Ева ждала традиционного язвительного замечания по поводу их позднего возвращения или еще какой-нибудь колкости, однако Соммерсет лишь произнес:
— Мистер Мира?
— Все в порядке, — ответил Рорк, снимая пальто. — Ева только что говорила с доктором Мирой.
— Рад слышать. Если могу чем-то помочь, просто дайте знать.
Соммерсет удалился почти беззвучной походкой. Ева проводила его хмурым взглядом.
— После такого дня мне даже не представится случая на него наехать?
— Ты послала в жопу супругу бывшего сенатора, — напомнил Рорк, помогая ей снять пальто. — На сегодня с тебя хватит.
— Я была при исполнении.
Мимоходом почесав Галахаду спинку, Рорк направился к лестнице.
— Завтра наверстаешь упущенное.
Поскольку ничего другого действительно не оставалось, Ева тоже двинулась вверх по лестнице, слыша позади топоток Галахада.
— Сначала ужин, — объявил Рорк. — В спальне, с вином и камином.
Ева не возражала. Потом, у себя в кабинете, она оформит доску с материалами дела, соберет кое-какие данные, поторопит детектива из отдела по розыску пропавших без вести. Рорк может проверить финансы Эдварда — это его развлечет. А сама она…
— Я займусь вином и камином, ты — макаронами, — объявил Рорк.
— Договорились. Надо будет позвонить детям Эдварда — вдруг они что-нибудь знают. А завтра займусь этим его институтом, если ничего нового не всплывет.
— Если не всплывет труп, хочешь сказать. Ты рассуждаешь, как коп из убойного отдела.
— Я и есть коп из убойного отдела. Да, труп. Будь это обычное похищение, за Эдварда потребовали бы выкуп. Может, конечно, им что-то от него нужно — тогда, глядишь, еще отпустят живым.
— А зачем его отпускать?
— Да, зачем? Разве что велят держать язык за зубами, чтобы не было хуже. Я слишком мало о нем знаю — не могу сказать наверняка. Чутье говорит, что труп будет, но вдруг у меня просто условный рефлекс?
— Жена его не любит.
Раньше Ева пришла бы к такому же выводу логическим путем. Теперь она сама испытала любовь и просто знала, что это так.
— Любовью и не пахнет. Однако Мэнди дорожит своим статусом. Вряд ли это ее рук дело. Хотя, возможно, мне просто не все известно. По словам Миры, сенатор ходит налево, но жене глубоко наплевать. А вдруг ей больше не наплевать? Скажем, возникла угроза развода и потери статуса.
Ева поставила на стол тарелки, до краев наполненные макаронами. В камине уже потрескивал огонь, а Рорк разливал по бокалам темно-красное вино. За происходящим с интересом наблюдал кот.
— Как думаешь, Соммерсет его покормил?
— Разумеется.
— А, черт с ним…
Ева вновь подошла к автоповару и заказала блюдечко с лососем.
— Чтобы не смотрел на нас голодными глазами, — ответила она на удивленный взгляд Рорка.
Когда Галахад с жадностью набросился на еду, Ева вернулась за стол и взяла в руку бокал.
— Все это должно было произойти еще несколько часов назад.
Она сделала медленный глоток.
— Главное, что все-таки произошло. В такой мерзкий вечер приятно поужинать вместе у камина — пусть и с опозданием.
Ева намотала на вилку спагетти, попробовала.
— А ничего… — Она подцепила вилкой еще. — Риелтор. Нужно найти риелтора. Либо он как-то связан с исчезновением Эдварда, либо встречу отменили. Скорее всего, связан. — Ева оторвала вилкой кусочек фрикадельки. — Продажа дома тут ни при чем — ей мешает мистер Мира. Либо личные счеты, либо политические. Может, задолжал кому-то денег? В любом случае сенатора заманили в дедов дом, а значит, знали о его существовании и надеялись, что там им никто не помешает. Но мистер Мира спутал им карты.
— Итак, пока Деннис Мира валяется без сознания, Эдварда увозят. То есть у похитителей есть машина.
— Да. А раз есть машина, значит, они с самого начала собирались увезти его с собой. Только сперва немного отделать. Попахивает личными счетами. Или денежными делами — для многих это одно и то же. И все же…
— Эдвард как раз намерен продать очень дорогую недвижимость, стоимость которой покроет любые долги, кроме совсем уж запредельных.
— Вот именно. Так что, если дело в деньгах, самое разумное — убрать помеху, то есть мистера Миру. Однако мистера Миру не трогают. Значит, скорее всего, личные счеты.
— Засадил кого-то не того, когда был судьей? — предположил Рорк. — Перебежал кому-нибудь дорогу в конгрессе? Или обошел по службе? У политика всегда много врагов.
— У ловеласа тоже. Брошенная женщина. Муж или любовник бывшей пассии. Мотивов сколько угодно.