— Слишком много совпадений — даже для адвоката дьявола.
Поскольку ничего другого под рукой не оказалось, Рорк отхлебнул пепси.
— Теплая, — заметил он.
— Все равно действует. Вот что я думаю…
Ева принялась мерить шагами комнату.
— Много лет назад все три женщины уже имели сексуальный контакт с убитым. Контакт настолько травмирующий, что Маккензи покатилась по наклонной. Скорее всего, каждая из них лечилась от, скажем так, побочных эффектов этого контакта. Так они и встретились. — Ева сцепила пальцы в замок. — Две из трех снова вступают в отношения с убитым. Ты ведь еще не успел поговорить с охраной отеля насчет Су?
— Вообще-то успел. За последние полтора года она на камеры наблюдения не попадала.
— Ничего удивительного. Я почти уверена, что она лесбиянка.
Рорк удивленно поднял брови.
— Не потому, что ее нет на камерах, — пояснила Ева. — Просто я нашла ее фотографии. Пышная церемония по случаю вручения научной премии — Су сопровождает женщина. Обед в Белом доме — Су сопровождает женщина. Наконец, интервью в известном научном журнале, где она прямым текстом говорит, что лесбиянка. — Ева снова обошла доску кругом. — Эти три знают друг друга. Знали Эдварда Миру. Чутье подсказывает, что они сговорились и убили его. Судя по характеру пыток, это месть. Месть за принуждение к сексу, домогательство или изнасилование. Три женщины не станут объединяться, пытать и убивать только потому, что переспали с женатым мужчиной.
Рорк повернулся на стуле и внимательно посмотрел на фотографии Эдварда Миры — сурово-привлекательного государственного деятеля и жертвы убийства.
— Думаешь, бывший сенатор был серийным насильником?
— Да, думаю. — Ева тяжело перевела дыхание. — Думаю, черт возьми. Именно так мне все и представляется. А вот доказать это — уже совсем другой коридор.
— Коленкор, но не суть важно. Ева, ты пускаешься в опасное плавание.
— Я хороший пловец.
— Хороший, — согласился Рорк, — но это дело принесет тебе боль.
— Я не могу бросить расследование. Сам понимаешь.
— Понимаю. — Рорк поставил на стол банку с пепси и подошел к Еве. — Я люблю тебя.
Она неловко переступила с ноги на ногу.
— Угу, я тебя тоже.
Он сжал ее лицо в ладонях и посмотрел прямо ей в глаза.
— Я люблю тебя.
Сердце у Евы подпрыгнуло, и она прижала руки к его щекам.
— Я тоже люблю тебя и знаю, что ты пытаешься мне сказать: «Прорвемся».
— Обязательно прорвемся.
— Даже если тебе придется вливать мне в глотку успокоительное.
— Именно это я и хотел сказать. — Рорк прижался губами к ее лбу. — Ты сделаешь все, что от тебя требуется. Я тоже.
— Возможно, я ошибаюсь, иду по ложному следу, но мне все видится именно так.
— После того как ты объяснила свою логику, мне видится то же самое. Наверняка всплывут еще женщины. Если ты права и сенатор действительно силой или шантажом принуждал этих трех к сексу, наверняка были и другие.
— Да, будут и другие — студентки Йельского или просто девушки, которых встретил там Эдвард. Между тем, как Маккензи училась в Йельском университете, а Даунинг — в Нью-Йоркском, прошло три года. Пять лет между Маккензи и Су. Так что непременно всплывут и другие. Однако мне не кажется — пока, по крайней мере, — что это кто-то из списка. Его дочь…
— Не думаю. — По крайней мере, это утешение он может ей дать. — Не стоит даже прорабатывать такую версию. Я изучил ее биографию. Брата тоже. Никаких признаков.
— Я дослужилась до лейтенанта полиции, а признаков так никто и не заметил.
Он провел рукой по ее коротким волосам.
— Думаешь, Мира ничего не замечала?
Еве нужно было двигаться, поэтому она сунула руки в карманы и принялась ходить взад-вперед.
— Ты прав. Скорее всего, Мира догадалась задолго до того, как я смогла ей рассказать. И все же…
— В твоем детстве Миры не было рядом. Никого не было рядом. А Гвендолин Сайкс окружали любящие люди — брат, Мира и Деннис. Судя по тому, что я нашел, в детстве они с братом не получали ни любви, ни тепла, и Деннис с Шарлоттой брали их под крыло при всякой возможности. А теперь у них обоих успешная и счастливая жизнь. Ева, Мира бы заметила.
— Ты прав. Конечно, прав. — Хотя рано или поздно она все равно должна будет спросить у Миры напрямую. — Уже что-то. Им с Деннисом и так придется нелегко.
— Мы будем рядом и сделаем все, что от нас зависит. Уже поздно, а тебе завтра по новой опрашивать подозреваемых. Учитывая, куда это все может завести, лучше нам обоим выспаться, пока есть такая возможность.