Ева въехала в гараж Центрального управления, поставила машину на обычное место и так и осталась сидеть задумавшись.
— Ужасно много возни. Гораздо легче просто избавиться от тела, но им этого недостаточно. Если они привозят изувеченного, полуживого человека в благополучный район, пусть даже посреди ночи, значит, место убийства имеет значение. Родной дом. Безопасный уголок. Зажиточный район. Наверняка это что-то значит.
— Может, безопасная и зажиточная обстановка напоминает убийцам о чем-то? Если речь о сексе, возможно, именно в таком районе все и происходило. Если же речь об изнасиловании…
— Речь об изнасиловании — вот увидишь.
— Ладно. Может, их насиловали в похожем месте?
— Возможно. Поговори еще раз с домработницей, пока я беседую с Мирой, — сказала Ева, когда они выбрались из машины и подошли к лифту. — Человек, который убирает в доме и стирает простыни, наверняка в курсе, чем ты в этом доме и на этих простынях занимаешься.
Еве внезапно вспомнился Соммерсет, но она отогнала эту мысль подальше. Как можно дальше.
— Спроси, не заметила ли она каких-нибудь признаков, что в доме на Спринг-стрит занимались сексом после смерти деда. И попроси Макнаба проверить дом и секс-робота Вайманна на тот же предмет.
— Насколько я понимаю, насильниками движет скорее жестокость и жажда власти, чем сексуальное желание.
— Ими движет и то, и другое, и третье. Если бы секс был ни при чем, он не был бы частью изнасилования.
— И все же. Секса убитые могли получить и получали сколько угодно. Оба влиятельные люди — каждый в своей сфере. Богатые, привлекательные пожилые мужчины. Если бы захотели, могли бы оплачивать услуги высококлассных лицензированных компаньонок. Зачем кого-то принуждать?
Ева подумала о Ричарде Трое — не могла не подумать. Он снова и снова насиловал собственного ребенка, потому что был хищником, бессердечным животным и преследовал определенную цель. Но если отмести все это в сторону?..
— Затем, что у них была такая возможность. Пусть Бакстер с Трухартом зайдут ко мне, как только вернутся. Не могут два человека знать друг друга пятьдесят лет, оставаться друзьями и умереть одинаковой смертью, если их ничего не связывает. Как минимум одна из женщин сенатора окажется в списке Вайманна. Посмотрим, какая именно.
Ева прошла прямо к себе в кабинет и обновила отчет и доску. Нужно будет поговорить с бывшими женами Вайманна, с его дочерью, друзьями и коллегами. Разгадка где-то здесь — Ева уже различала отдельные ее части. Рано или поздно она найдет точку пересечения, на которой все держится.
Нужно уговорить кого-нибудь из «Душевного покоя» побеседовать с ней о Су и Маккензи. Постараться раздобыть информацию об исследованиях на тему бессонницы, в которых участвовали подозреваемые.
Заслышав быстрый перестук каблуков, Ева встала из-за стола, чтобы освободить для Миры единственный приличный стул.
Мира влетела в кабинет. На шее небрежно намотан белоснежный шарф с льдисто-серебряными проблесками. На ногах серые сапоги с высокими серебристыми каблуками. Нежно-голубое пальто накинуто поверх ярко-голубого костюма.
Ева ожидала увидеть Миру расстроенной, однако та была скорее рассержена.
— Не отказалась бы от кофе, — отрывисто произнесла она, бросая пальто и шарф на стул для посетителей.
— Конечно.
— Сразу скажу, что при встрече Джонас всегда вел себя любезно и обходительно. В прошлом мы иногда общались: его первая жена — моя приятельница.
— Правда?
— Ванесса — детский хирург и просто интересный человек. У нас достаточно дружеские отношения. Обедаем вместе, когда у обеих выдается свободное время. Бывает это нечасто, потому что Ванесса живет теперь в Чикаго. Мы не настолько близки, чтобы изливать друг другу душу, но для меня не секрет: они с Джонасом развелись потому, что он ей изменял.
— Представляю, как ее это злило.
— Злило, наверное, но мне она об этом не рассказывала. — Мира взяла у Евы кружку с кофе, отхлебнула и принялась мерить шагами комнату. — Шума по поводу развода Ванесса не поднимала. Построила собственную жизнь и карьеру, воспитала дочь. Двенадцать лет назад снова вышла замуж — достаточно большой промежуток между браками. На вид очень счастлива. Своих внуков Ванесса просто обожает, с детьми и внуками второго мужа тоже ладит неплохо.