— Невеста — что тут скажешь? Но я и правда помогу, чем смогу. — Майк снял куртку. Это был подтянутый парень с проницательным взглядом. — Эдвард Мира, Джонас Вайманн… важные птицы. Не понимаю, какое отношение к ним имеет Сеси или вторая мама. Они у нас очень добропорядочные.
— Лилит сказала, они давно планировали поездку.
— Да. — Майк сел на подлокотник кресла, которое освободила его невеста. — Пришлось практически вытолкать их за дверь из-за ребенка, но вообще Сеси очень хотелось поехать — осмотреть место, поговорить с людьми, знавшими того парня, о котором она пишет. Мы пошли на компромисс. Они собирались на шесть недель, а поехали на четыре. Мы каждый день им звоним. Иногда даже по нескольку раз.
— Они сами заказывали билеты и отель или воспользовались услугами какой-нибудь фирмы?
— Всем занималась Энни. Сеси и Энни — это наши мамы.
— Можете назвать список людей, которые знают об их отъезде?
Майк раздул покрытые щетиной щеки.
— Легче назвать список тех, кто не знает.
Когда вошла Лилит, он подскочил и забрал у нее поднос.
— Они состоят в каких-нибудь клубах? — спросила Пибоди. — Что-нибудь вроде женских групп?
В глазах Майка мелькнуло понимание: убийца — женщина.
— О да, разумеется! — Явно захваченная всем происходящим, Лилит сидела в кресле, пока Майк разливал кофе. — Судя по фильму, вы очень любите кофе. Так вот. «Волевая женщина» — созданная лесбиянками группа активисток. Обе мамы — члены-учредители. Еще они посещают книжный клуб, который состоит почти из одних женщин, и помогают в паре приютов для жертв изнасилования. Мама С преподает писательство как средство выразить свои чувства, а мама Э — арт-терапию. Рисует плохие акварели. Не ужасные, а просто плохие. Хотя ей они приносят радость. Сейчас вы трое думаете, что можно говорить при мне, а чего нельзя. Могу, конечно, уйти в другую комнату, но тогда я вся изведусь.
— Не волнуйся, — Майк потрепал Лилит по плечу. — Думаете, кто-то, кого мамы знают благодаря своим увлечениям или волонтерской работе, воспользовался именем Сеси?
— Не исключено. Мне хотелось бы получить как можно больше имен.
— Мамы не станут предавать женщин, с которыми познакомились в приютах или во время терапии, — объявила Лилит, расправляя плечи.
— Я ищу только тех, кто уже числится в списке подозреваемых, — объяснила Ева. — Какая-то женщина воспользовалась именем вашей матери, чтобы добраться до Вайманна. Она уже убила двоих и, думаю, не остановится на достигнутом.
— Предоставьте это мне, лейтенант, — сказал Майк, продолжая гладить Лилит по плечу. — Я поговорю с мамами и все им объясню, хотя вряд ли они знают настоящие имена женщин, с которыми встречаются в приютах и на терапии.
— Возможно, это кто-то из волонтеров или сотрудников, — заметила Ева.
— По средам у них так называемые встречи позитивной силы в социальном центре на Канал-стрит. Координатор — Сьюзан Липски, социальный работник с двадцатипятилетним стажем. Жесткая и проницательная. Судимостей не имела — я проверял.
— Майк, как ты мог?!
— Раз мы с тобой пара, они и мои мамы тоже. Естественно, я проверил, кто она такая! Липски оберегает своих женщин, но убийцу оберегать не станет. Меня она знает — может, удастся у нее что-нибудь выяснить, если есть что выяснять. Или по крайней мере немного подготовлю для вас почву.
— Чем больше имен, тем лучше. И чем скорее, тем лучше, — сказала Ева, вставая. — Спасибо за время, за помощь, за кофе. И как вы живете на одной чашке в день?
Лилит сделала малюсенький глоточек.
— Сама не понимаю.
— Они здорово смотрятся вместе, — заметила Пибоди по пути к машине. — Хорошая пара. А раз Майк лично знает координатора, может, и сумеет что-нибудь выведать.
— По крайней мере, стоит дать ему шанс. Кто-то из окружения Ансон знал о ее отъезде, поэтому не боялся, что копы нападут на след.
Сев в машину, Пибоди размотала шарф и сказала:
— Группы поддержки — те же исповедальни. Полная конфиденциальность. Тот, кто выдал себя за Ансон, на это и рассчитывал. Участники обычно называют только имя, без фамилии, или псевдоним.
— Есть еще лица, — заметила Ева, включая зажигание. — Покажем фотографии, посмотрим на реакцию. Может, прямого подтверждения не получим, но реакцию-то увидим.
Того же она надеялась добиться и от Лидии Су.
Пришлось оставить машину на маленькой паршивой стоянке и пройти два квартала пешком. Ветер усилился и гулял по городским каньонам. Пибоди снова укуталась в шарф, а Ева натянула шапку со снежинкой и тут же вспомнила о Деннисе.