— Не могу сказать, но в компьютере тоже копались. В девять двадцать выполнена полная проверка и поиск.
— Примерно за час до того Бетц переоделся — готовился к свиданию. Женщина приходит, да не одна, а с подругой — их явно было две, а то и три. В него посылают разряд, возможно, избивают немного. У Вайманна в доме ничего такого мы не заметили, но я вернусь туда и еще раз проверю. Что им было нужно?
Ева обошла кабинет кругом.
— В доме на Спринг-стрит искать нечего, а в сенаторский пентхаус им не пробраться.
— Вайманна пытали.
Ева обернулась к Фини, кивнула.
— Да. Возможно, он сообщил им нечто о Бетце. У Бетца есть то-то и то-то. Может быть, тот самый устав или список членов, о котором ты говорил. Или еще какая-нибудь информация о братстве. Но зачем она убийцам, если они все равно хотят повесить «братьев»? Им не нужны улики. Они уже провели судебное разбирательство и вынесли приговор.
Ева заглянула за картину, на которой были изображены странные собаки с вытянутыми телами и вставшие на дыбы лошади. Ничего не обнаружив, она снова повернулась к Фини, который проверял телефон.
— Ты изменяешь жене.
— Ну нет — мне жизнь еще дорога.
— Представь, что изменяешь. Ты женился на бывшей любовнице и продолжаешь ходить налево — такой уж у тебя характер. Станешь ты хранить что-нибудь, связанное с изменами, а тем более с преступлением, за которое женщине захочется тебя убить, там, где может найти жена?
— Я бы открыл отдельный счет в банке, а то и ячейку, о которой жене ничего не известно. Будь я так же богат, как этот придурок, завел бы особое потайное место. То, где я изменял с ней бывшей супруге, давно продано и забыто.
— Место, место… — пробормотала Ева. — У Эдварда Миры был номер люкс в отеле, однако его жена знала, что он ей изменяет, так что ему не приходилось особо таиться. Вайманн не был женат — Рорк выясняет, не пользовался ли он тем же люксом. Бетца тоже проверим. Но отдельное место… место специально для секса… Комнатой для гостей пользоваться можно, только когда жена в отъезде и сильно приспичило. Где-то должен быть ключ, магнитная карта, код — что-то в этом роде. Бетц не стал бы хранить нечто подобное в столе, даже под замком, чтобы жена не обнаружила.
Ева открыла дверь, заглянула в красный с серебром туалет, повернулась к бару в углу кабинета.
— Знаю, куда жена точно не заглядывает!
Она сбежала по лестнице и вернулась в хозяйскую спальню. Пибоди с Макнабом стояли рядом с огромной, разумеется, красной кроватью с целой грудой подушек. Они многозначительно смотрели друг на друга, но, к счастью для них самих, за задницу никто никого не лапал.
— Вряд ли убийцы взломали окно на втором этаже, — заметила Ева.
— Вообще никто ничего не взламывал, — ответил Макнаб. — Две остальные двери не открывали последние двадцать шесть часов. Окна заперты уже несколько недель. Просто решил взглянуть на компы с телефонами.
— М-да?..
Макнаб ухмыльнулся:
— А заодно поболтать с Пибоди.
Ничего не ответив, Ева заглянула в ванную миссис Бетц. Как она и подозревала, все там было розовое и оборчатое. Уборщицы уже успели здесь поработать, так что свежие розовые и белые с розовым полотенца стопкой лежали на расписной скамеечке и висели на вешалке. Белоснежные поверхности сверкали, а в воздухе стоял легкий цитрусовый запах. На длинной столешнице между двумя розовыми раковинами стояла целая шеренга баночек с разной девчачьей дребеденью. Серебристые краны были выполнены в виде русалок, как и насадка в стеклянной душевой кабине. Кроме дивана в белую и розовую полоску, в ванной также стоял туалетный столик на изогнутых ножках. В ящиках полно кремов и лосьонов, шкафчик до отказа набит халатиками и тапочками, в стену встроен автоповар и холодильник. Туалет находился в отдельной маленькой комнатке с русалками и телевизором во всю стену.
Ева вернулась в спальню.
— Ты там была?
— Да, — ответила Пибоди. — Любая женщина убила бы за собственную ванную, но миссис Бетц доказала, что даже такое огромное пространство можно испоганить.
— Ее сторона комнаты. Ее ванная, шкаф, он же гардеробная, гостиная, ее половина кровати, прикроватный столик — тот, на котором шеренга розовых бутылочек. Так?
— Так. А это — его сторона. — Пибоди указала большим пальцем. — У них маленький ребенок, но в родительской спальне нет никаких детских вещей. Даже забытого плюшевого мишки. Грустно как-то.
— Когда у няни есть собственная няня, родители не слишком много времени проводят с ребенком. А эта комната только для взрослых, с четкой демаркационной линией. В общем, так. Ты хозяйка дома.