— После облавы дел много. Все работают.
Мы прошли внутренний дворик, поднялись на второй этаж и остановились перед одной из многочисленных дверей, тянувшихся вдоль длинного коридора.
— Она заперта в кабинете. Спрашивайте сколько угодно. Если понадобится помощь, я в коридоре. Никуда не отхожу от двери.
— Справишься сама? — спросил Дима.
— Справлюсь…
Он отпер замок, и я вошла внутрь. Мне предстояло остаться один на один с задержанной. Этот вариант был самым лучшим! Мне крупно повезло, что вместе со мной Дима не вошел.
Кабинет напоминал клетушку следователя Ивицына. Наверное, все ментовские кабинеты одного типа. Так же обставленный, такой же тесный.
Девушка сидела напротив стола. На ее руках были наручники. Сейчас она выглядела совершенно по-другому. Ярко накрашена, дорогое мини-платье, туфли на шпильках… На голове что-то вроде прически. Под прической — желтое лицо полутрупа, на все щеки — черные синяки. Мне показалось, что, увидев меня, она не удивилась. Я села напротив нее за стол. Уставившись на меня взглядом, не потерявшим своей наглости, она протянула руки вперед:
— Снимите это!
— У меня нет ключа.
— Тогда верните назад в камеру!
— Тебя привезли сюда для допроса.
— А кто допрашивать будет? Вы?
— А своего мужа вы тоже допрашивали? И к расстрелу помогли приговорить?
На моем лице не дрогнул ни один мускул. Значит, она меня узнала — еще днем. Она знала, кто я… Или ей рассказали об этом? Например, Анна Верик? Я вздохнула. Я очень сомневалась в том, что из нашей беседы что-то получится. Но все равно не было другого выхода.
— Кристина, я не работник милиции, но я хочу предложить тебе одну сделку. Я в силах это сделать.
— Вы спите с ментами?
Я оставила ее слова без ответа.
— Ты знаешь, что тебе предъявят обвинение? И знаешь, какой грозит срок?
— Не ваше дело! А вы знаете, кто мой отец?
— Кристина, мне очень жаль… твоему отцу уже звонили. Он отказался дать деньги. Он вообще от тебя отказался. Сказал: «Пусть судят и держат в тюрьме, так мне будет легче»…
Для нее это был жестокий удар. Сразу вся как-то сникла, куда-то исчезла наглость… Она стала испуганной, беззащитной и жалкой, такой, какой была на самом деле. Ничто не способно изменить человека так, как пребывание в тюрьме. Даже лишь несколько часов.
— Но ты не расстраивайся. Я могу предложить тебе выход.
— Я не хочу в тюрьму!
— Если мы с тобой договоримся, тебя отпустят и тюрьмы не будет!
Она уставилась на меня:
— Вы серьезно?
— Вполне. Варианта у нас с тобой два. Первый: тебе предъявляют обвинение, следствие, потом суд, и ты попадешь в тюрьму на полный срок.
— Нет!
— Второй: ты рассказываешь мне все, что знаешь о смерти Нины Кравец, и тебя отпускают утром домой.
— Отпускают? Совсем?
— Совсем. Утром. Сняв все обвинения.
— Я вам не верю.
— Это твои проблемы. Выбирай сама, что делать: либо мне поверить, либо идти в тюрьму.
— А кто будет знать о том, что я расскажу?
— Никто. Твое имя нигде не будет упоминаться. И никакой свидетельницей тебя не вызовут. О том, что ты расскажешь, никто не будет знать, кроме меня.
— Зачем это вам нужно?
— Я не могу тебе ответить.
— Я должна что-то подписывать?
— Нет. Просто рассказать все, что ты знаешь, мне. Видишь, кроме нас двоих, в этом кабинете больше никого нет.
— Можно подумать?
— Думай.
Потекли мучительные, долгие секунды. Я старалась не смотреть на нее все это время — чтобы не показать, с каким нетерпением жду ее ответа. Все во мне словно замерло, нервы были на пределе и малейший звук причинял сильную боль… Я не знала, сколько прошло времени. Наконец она сказала:
— Хорошо. Я буду говорить. Я расскажу все. Чтобы скрыть облегчение, я полезла в сумку за приготовленным заранее диктофоном. Прежде чем нажать кнопку, я спросила:
— Нину убили? Ты поэтому боялась говорить?
— Да.
— Я буду задавать тебе вопросы по порядку. А ты будешь подробно рассказывать. Хорошо?
— Да.
ИЗ РАЗГОВОРА С КРИСТИНОЙ ЯБЛОНСКОЙ
— Сколько человек было в тот вечер в ночном клубе?
— Шесть. Нина Кравец, ее друг Максим Игнатьев, я, Аня Верик, Антон Медведев и его приблудная Светка. Мы собрались на квартире у Нины и Максима и решили пойти в ночной клуб.
— Название клуба?
— «Гватемала». Максим работает директором этого клуба, и мы всегда туда ходим бесплатно.
— Пришла ли Нина вместе со всеми остальными или позже?