Подскакиваю от настойчивого стука в дверь. Сонно разлепляю глаза. На часах половина двенадцатого ночи. С минуту сижу и пялюсь, то на часы, то на вибрирующую от ударов дверь.
-Черт! Уснула, - бормочу расстроено под нос.
Кто бы это мог быть?
Спрыгиваю с кровати и шлепаю к выходу. Открываю…
-Привет, Снежная королева, - передо мной стоит мажор.
Сейчас я бы хотела сказать, что он выглядит отвратительно. С дебильной улыбкой на голове. С большими мешками и синяками под глазами, как у меня, но эта сволочь выглядит так, будто только вышел из зала где проводилась фотосессия.
-Чего тебе? – без предисловий.
-Фу, как невоспитанно, - фыркает и забавно морщится. Делает шаг ко мне, но я не двигаюсь с места. – Можно войти?
-Нет, - выставляю руки на дверную коробку. Преграждаю путь. – Ты время видел? И я вообще гостей не принимаю.
-Слушай, ты чё такая, а? Реально , как снежная королева. Ты, между прочим, не поужинала, и я принес тебе, - самодовольно улыбается. Показывает пакет. – Предлагаю наше знакомство начать сначала. По-человечески.
-Ты русский понимаешь? – вздыхаю тяжело.
Ему-то, конечно, всё равно, но я реально устала и очень хочу продолжить то, на чём остановилась. Спать.
-Не будь колючкой, - не обращает внимание на мой четвертующий взгляд. Ныряет в пакет и достает оттуда бургер. Машет им перед носом.
Ну, идиот же!
В глазах от злости на этого «доброго самаритянина» пляшут мушки. Ведёт просто от запаха пищи. Потому что то, чем приходится питаться во время усиленной тренировки перед соревнованиями, едой назвать сложно.
-Как тебя там? – тыкаю в него пальцем.
-Антон, - недовольно представляется. Задевает моя короткая память. Естественно, я помню, как его зовут, но не признаюсь.
-Послушай, Антон, ты вообще с головой не дружишь? Или специально это делаешь, чтобы я проиграла? – в груди ухает сердце, когда до носа добирается запах мяса и соуса.
Сглатываю слюну и чуть ли не давлюсь ею. Господи, я так кушать хочу, что живот сводит. Стоило всё-таки съесть своё киви на ужин.
-Нет, конечно. Я просто решил тебя покормить нормально. Открою тебе секрет. Тот, кто плохо питается, даже ходит с трудом. А тебе откатывать завтра. Может поэтому ты падаешь? Ноги не держат.
Ар-р-р! Злость мгновенно застилает глаза. Сквозь красную пелену вижу протянутую руку с пакетом.
Совру, если скажу, что даже не подумала о том чтобы съесть этот хлеб с мясом. Но я понимаю – нельзя! Лишние граммы и балансировка к черту. Ни одну складку сделать чисто не смогу.
Злюсь ,страдаю и опять злюсь. Это же надо быть таким идиотом, притащить не просто калорийную еду спортсменке перед соревнованиями, а еще и бургер! То что даже обычным людям противопоказано.
И эта его ремарка по поводу моих падений, добила окончательно.
Хватаю пакет и с психу вываливаю содержимое ему на голову. Булка сваливается сразу ,а вот котлета в соусе медленно съезжает по щеке и шмякается сначала на грудь, а потом на пол. В стакане видимо была кола со льдом. Поняла по характерному шипению и цвету. Жидкость омыла лицо и плечи парня.
-Со мной всё нормально было, пока ты не прикатил, - выпаливаю, стараясь не смотреть на его лицо.
Захлопываю перед его носом дверь и прислоняюсь к полотну.
Боже…Я только что вылила колу и высыпала бургер на голову заместителю руководителя фонда, который спонсирует мою поездку. И кто из нас двоих больший идиот?
Знание- сила!
-Ускоряйся, - слышу крик тренера, когда вхожу на каток. Время одиннадцать утра. Рань безбожная. Но мне не спится, то ли воздух свежий влияет, то ли отсутствие влажных девочек, не знаю.
На душе гадко и дело вовсе не в блондинке, что сейчас задрав ногу, кружит вокруг своей оси…
Замираю, поглощаю прекрасное. Не в смысле Киру, а то, что она исполняет. Стоило только узнать её возраст, как всё обрубило. Теперь, довольствуюсь лишь грациозностью и изяществом фигурного катания. Не думал, что буду любить спорт с этой стороны. Раньше казалось это просто. Встал на коньки и поехал. А теперь, видя изнурительный ежедневный труд, понимаю, нихрена не просто. И бокс, которым я занимаюсь, наверное, будет полегче.
Спускаюсь по ступенькам мимо сидящих…пловцов. Не понял? Какого?
-Чёрт! Прикинь, что она может в кровати? – ржет рыжий и тычет пальцем на каток.
Перевожу взгляд, в середине стоит Кузнецова, и опёршись на колени, надсадно дышит. Смотрит зло на Арину Альбертовну, которая что-то кричит ей.