Ничего сложного, говорила она, вообще все просто. Мысленно четвертовала подругу за такую подставу. Я была уже вся в мыле, а прошло только 3 часа от смены. Лена пристально следила за мной, а я старалась не давать ей повода. Пару раз посетили искренне интересовались про Олю, а когда я говорила, что с ней случилось, то передавали ей скорейшего выздоровления и оставляли большие чаевые. Хоть что-то радует.
Один раз я перепутала заказы между столиками. Благо мне удалось скрасить это недоразумение широкой улыбкой одному из посетителей, а другому пришлось давать свой номер, правда, с одной неправильной цифрой. Не понравился мне этот парень, который так плотоядно смотрел на меня.
К концу смены я не чувствовала ног и рук, голова гудела, а глаза слипались от усталости. Радует только то, что у меня были отличные чаевые. Настолько хорошие, что поднимали мне настроение. Мне так за месяц платили, а здесь за одну смену.
— Тоже в официантки что ли податься? — подумала я.
А потом вспомнила, что я дважды чуть ли не опрокинула поднос, перепутала заказы, а Лена выбешивала меня одним своим высокомерным видом. Нет. Я бы точно здесь не продержалась. С моим-то языком без костей.
По пути домой я накупила всяких вкусняшек и не забыла про мазь для Оли, которую мне посоветовала Стеша. Когда я зашла в комнату, то первое, что бросилось в глаза, это огромный букет пионов. Я аж присвистнула, а Оля затравленно на меня посмотрела. Она нервно кусала губы и без конца теребила волосы.
— Значит, пока я там отдуваюсь за тебя, ты поклонников у себя принимаешь? — шутливо спросила ее. Оля тут же вспыхнула и буркнула:
— Никого я не принимаю.
— А цветы от кого?
Она тяжело вздохнула и сказала тихо:
— От Мирона Александровича. Он привез целый пакет лекарств от простуды и вот это, — ткнула она на цветы. — Что ты ему сказала?
— Что ты заболела. Он просто ничего не спрашивал больше, а потом я его вообще не видела. Оказывается, заботливый начальник решил вылечить свою подчиненную. Попахивает ролевой игрой.
Оля кинула в меня подушкой, а я засмеялась.
— Не говори ерунды. Между нами ничего нет. Он скоро женится.
— Конечно, ничего нет. Именно поэтому он таскается к тебе с букетом и лекарствами. Скажи, а он обо всех официантах так заботится?
Оля прикусила губу чуть ли не до крови и прошептала:
— Не знаю.
— А сама ты что-то чувствуешь к нему?
— Глубокую неприязнь.
Я усмехнулась про себя. Неприязнь, ага. Сама-то и дело кидает взгляд на цветы и любуется ими, немного краснея при этом. Влюбилась. Правда, не в того. Сердце ведь не выбирает, оно просто вдруг наполняется любовью к человеку, который, казалось бы, вообще тебе не подходит. Я снова прокручиваю воспоминания об Андрее. Сколько еще должно пройти времени, чтобы я забыла его окончательно?
— Я мазь купила, — говорю я, с трудом выныривая из мыслей.
— Не нужно. Мирон Александрович купил уже.
— Смотри, какой благодетель, — пропела я. — Ладно, если тебя уже подлечили, я пошла в душ.
Оля даже не ответила мне, она смотрела на букет и о чем-то размышляла, даже не заметив, как я вышла из комнаты.
Глава 46
Анна
Год спустя
Я снова в аэропорту. Мне понадобилось несколько месяцев, чтобы собраться с силами и поехать туда, откуда я бежала год назад. Точнее от кого. Мысли об Андрее посещают меня, но уже не так часто. Я смирилась с тем, что мы не можем быть вместе, но свыкнуться с этой мыслью было непросто. Я два месяца пыталась улететь домой. То место в самолете меня не устраивало, то время вылета, то работа, то папа с Женей. В общем, я всячески пыталась оттянуть этот момент. Учеба закончилась неделю назад, а я продолжала заваливать себя работой, чтобы только не думать о поездке домой. Одна часть меня страстно желала оказаться дома, увидеться с мамой, девчонками, а другая боялась столкнуться с тем, кто до сих пор мне снится.
Папа с Женей и Светой провожают меня. Мы тепло улыбаемся друг другу. Папа обещает, что они приедут на мое день рождение, которое будет через неделю. Больше всех буду скучать по Жене. Мы с ним хорошо поладили, и мне будет его не хватать. Когда я опустилась перед ними на колени, он обиженно засопел и изо всех сил сдерживал слезы.
— Почему ты уезжаешь? Разве тебе здесь плохо?
— Там мой дом и моя мама. Я соскучилась.
— А как же я?
Сердце сжалось от того, как обиженно он это сказал и посмотрел. Слезы все-таки покатились из его больших глаз. Я притянула его к себе и взяла на руки.