— О чем ты думаешь, что так мило краснеешь?
Я резко обернулась и увидела перед собой Андрея. Возле него стоял чемодан, а в руках он держал паспорт. Куда это он собрался. Я молчала, не в силах ответить ему. Просто смотрела на него и не могла сдвинуться с места. Все внутренности перекручиваются при виде него. Выглядит он не очень, с темными кругами под глазами, бледный, растрепанный. Я, наверное, выгляжу не лучше. Только волосы, которые снова отросли за год, у меня собраны в хвост.
Делаю шаг к нему и крепко обнимаю. Как же мне не хватало его запаха и его крепких рук, которые сейчас сжимают меня все сильнее, и его самого.
— Ань, подожди. Я хотел поговорить с тобой.
Нехотя отстраняюсь от него и готовлюсь к тому, что сейчас он, скорее всего, расстанется со мной. Украдкой вытираю слезы и не могу заставить себя поднять на него глаза.
Андрей сам поднимает мой подбородок и заглядывает в глаза.
— Ты чего, Ань? — обнимает он меня, а я не могу сдержать слез. — Ну чего ты сырость здесь развела?
— Ничего, — всхлипываю я и обхватываю его двумя руками.
— В общем, у тебя есть два варианта.
Тут же напрягаюсь. Тут либо он, либо практика. Я, конечно, выберу его, потому что люблю, но потом в нашей жизни так все и будет. Он вечно будет заставлять меня выбирать, а я должна буду от всего отказываться в его пользу. Но как же сейчас оторваться от такого родного запаха!
— Ань, ты слушаешь меня?
— Прости, я отвлеклась, — говорю я и отхожу от него. — Так что там за варианты?
— Ты можешь отказаться от практики, — когда он произносит эти слова, я понимаю, что не откажусь, потому что если сделаю это сейчас, то всегда буду отказываться от всего в его пользу, а про себя забуду. Не хочу так. Это будет похоже на брак моих родителей.
— А можешь и не отказываться, — говорит он и улыбается.
— Что? — переспрашиваю его, сбитая с толку. Он же несколько месяцев подряд твердил мне о том, что он не хочет, чтобы я ехала.
— Если ты действительно хочешь поехать в Москву, и для тебя так важна эта практика, то ты можешь ехать.
— И тогда мы расстаемся, — мрачно говорю я, понимая, к чему он клонит.
— Нет, глупенькая. Вот что ты нетерпеливая такая. Сначала выслушай, а потом уже говори.
— Ладно, — раздражаюсь я. За «глупую» он получит отдельно.
— Я поеду с тобой. Конечно, я не смогу остаться на все три месяца, но на месяц задержусь. Постараюсь.
У меня глаза на лоб полезли. Это серьезно говорит Андрей?
— А как же куча работы, которую ты бросить никак не можешь?
— С этим я и разбирался последний месяц. Пахал, как проклятый, чтобы взять отпуск и поехать с тобой. Самые главные вопросы решил, а с остальным буду разбираться дистанционно.
— Но зачем тебе это? Ты же не хотел?
— Потому что понял, что сильно давлю на тебя и потому что хочу посмотреть, как ты устроишься в Москве, чтобы несильно за тебя волноваться.
Соображать получается туго. Даже не знаю, что сказать на его предложение.
— А что там с вариантом, если я откажусь от практики? — интересуюсь чисто из любопытства, потому что не сразу нахожусь с ответом на его предыдущий вариант.
Андрей ухмыляется и говорит:
— Если ты считаешь, что практика тебе не нужна, то мы с тобой через два часа можем улететь на Мальдивы.
На обдумывание ответа у меня ушло две секунды.
— Поехали на Мальдивы, — выпаливаю я.
— Подумай хорошо. Ты же так хотела поехать в Москву.
— Мне не столько хотелось уехать, сколько понять, что ты можешь слышать меня и поддерживать. Сейчас я это поняла. А насчет практики. Ничего страшного, у меня еще два года университета.
— Я просто боялся потерять тебя, — выдыхает Артем.
— И потерял бы, если бы продолжал заставлять выбирать.
Андрей снова вздыхает и обнимает меня.
— Прости меня, стервочка, — говорит он мне в волосы.
— И ты меня прости. Обещаю, что буду внимательнее и научусь готовить борщ.
Андрей смеется и говорит:
— Лучше меня ты его не приготовишь.
— Посмотрим.
— На самом деле, уборка и готовка такая фигня. Я готов сам варить эти борщи, если тебя это так напрягает.
— Меня это не напрягает. Я просто не всегда успеваю.
— Значит, работу ты не собираешься бросать?