Понедельник проходит почти как обычно. Единственное отличие от череды таких же школьных дней — это то, какими глазами на меня пялятся учителя. Правда, вопросов не задают. В отличие от директора гимназии.
Мистер Саттер вызывает меня к себе в кабинет. Восседая за массивным дубовым столом в кресле с высокой спинкой, он окидывает меня внимательным взглядом.
— Это ведь произошло не в школе, верно, Райан? — спрашивает, чуть прищуриваясь.
Я отрицательно качаю головой, стараясь не морщиться от боли, которая так полностью еще и не ушла. Но совсем скоро — она меня покинет. Просто мне нужно время. Ведь время, как известно, лечит.
— Хорошо, — выдает свой вердикт мистер Саттер. А потом в его голосе неожиданно проскакивают мягкие нотки. — Постарайся не реагировать на то, что тебе будут говорить другие дети. Хорошо?
— Хорошо, — отвечаю. Я давным-давно уже не делаю этого. Да они обычно и не говорят ничего. Только Мэйсону было, видимо, мало того, как я навалял ему в тот первый раз, когда он попытался задираться.
Впрочем, с Мэйсоном мне всё предельно понятно. После того, как я (челядь! Да как посмел⁈) дал от ворот поворот рыжей Миранде, парень, заметивший интерес одноклассницы ко мне, время от времени пытается подкалывать. Сообщить мне свои претензии лоб в лоб он не решается, вот и тявкает, словно собачка из-за забора.
Но мне ни его забор, ни его пассия не нужны совершенно.
От этой школы мне нужна только учеба. Ах, нет. Еще корочка, открывающая мне разные нужные двери. Больше мне здесь ничего не нужно.
— Окей. Тогда иди, — отпускает меня мистер Саттер.
Я не жду повторного приглашения и исчезаю за дверью.
На хоккей я, естественно, не попадаю. Был бы и рад появиться в Арене, но Ландо меня отчихвостит и отправит обратно, а тратить сейчас деньги на бензин, которые в нашей с Джейком ситуации лишними не будут, я не хочу.
Но вот в автосервисе, в котором работает брат и в котором я подрабатываю ночами, я показываюсь. И несмотря на все протесты Джейка, даже что-то там помогаю. Правда, всё еще ощущаю сильную слабость, поэтому долго не задерживаюсь, а возвращаюсь домой и делаю домашку. Потом готовлю ужин. Сегодня Вики у нас не будет, поэтому нужно позаботиться о голодном брате, который завалится домой уставший и уже хорошо за полночь.
Закончив с едой, я усаживаюсь за стол в надежде еще полистать любимую физику. Но просыпаюсь в середине ночи от того, что как-то неудачно поворачиваюсь, задевая фингал под глазом. Всё же спать на руках на твердом столе совсем неудобно.
Досыпаю уже в кровати. Во вторник — снова в школу, а потом в автосервис.
Среда начинается так же. В четверг я уже всю ночь сплю в своей кровати. И умудряюсь наконец-то выспаться. Кроме того, отеки на лице начинают понемногу спадать. На теле, кстати, тоже. И хоть цвет синяков еще насыщенно фиолетовый, но я не теряю надежды, что совсем скоро буду выглядеть как прежде. Двигаться хотелось бы аналогично.
Улучшение моего вида подтверждает и Ник, которого я покидываю в университет. Друг сообщает, что Ландо передает мне привет и сторожайший запрет появляться на льду раньше понедельника, а то и вторника.
Я киваю и пытаюсь пожевать подживающие губы. Признаваться кому-то в том, что мне еще больно наклоняться (привет, автосервис!) я не собираюсь, но весточку от тренера принимаю со скрытой радостью. Сам бы я у него никогда не отпросился, а тут само собой привалило неожиданное счастье.
— После пар я тебя заберу, подкину в Арену, — говорю на прощание Нику.
— Не надо, — тот отказывается. — Меня подхватит Лео. Он зачем-то появится сегодня у нас в универе, он так сказал вчера на тренировке.
— Ок, — киваю, пожимая другу руку, и выруливаю на дорогу.
Зайдя в ворота школы, спешу как можно скорее на первый урок. Что-то я сегодня подзадержался.
К счастью, учитель задерживается еще больше. В классе шум и гам невообразимый.
Я, по прежнему не обращая ни на кого внимания, усаживаюсь за свою парту и готовлю всё к занятию. Из мыслей меня вырывает голос рыжей.
— И что, наша новенькая уже стала старенькой только в прошлом? — Миранда с вызовом смотрит на тихую и скромную Кайю. — Выгнали ее?
— Старенькой здесь стала только ты, — спокойно и негромко отвечает ей блондинка. — Видно, ты сегодня в зеркало забыла посмотреться, иначе бы замазала свои морщины. Тонак, похоже, потек. На смотри, — на полном серьезе протягивает рыжей зеркальце.