Меня начинает забавлять вся ситуация. Никогда раньше не замечал, чтобы Кайя давала отпор Миранде и ее банде. Поэтому внезапно становится так интересно, что же повлияло на блондинку. То, что рыжая всегда нарывается, это ни для кого не секрет, вот только мало кто ей отвечает. А чтоб еще и так нагло…
Откидываюсь на спинку стула и наблюдаю за классом.
Рыжая бледнеет и делает пару шагов по направлению к Кайе.
— Не стесняйся, — блондинка всё так же стоит, держа зеркальце в протянутой руке. — А то твои прихвостни тебе даже не скажут. Но то и понятно, они хотят выглядеть хорошо на твоем фоне. Ну знаешь, что там говорят про страшную подружку…
Теперь Миранда краснеет.
— Водички? — услужливо предлагает Кайя.
Рыжая, бросив взгляд на бутылку, которую блондинка протягивает ей второй рукой, снова бледнеет, а потом с психами вылетает из класса.
Уж не знаю, отчего на нее так действует простое предложение водички, но с трудом удерживаю губы, чтобы они не растянулись в улыбке. Кажется, сегодня первый день из всех лет жизни, когда Миранду поставили на место. И кто? Тихая Кайя?
Блондинка между тем кладет на парту зеркальце и ставит рядом воду. А потом произносит тихо, но чтобы слышали все в классе.
— Не стоит говорить плохо о тех, кого здесь нет, — Кайя поправляет прическу. — Ведь о вас тоже кто-то может отзываться нелестно. Хотите что-то узнать, спросите у Евы лично.
— Это ты мне сейчас угрожаешь? — вскакивает из-за своей парты Мэйсон, который до этого спокойно смотрел за ссорой девчонок. Парень подходит к блондинке и нависает над ее столом. Хватает ее за руку.
Кайя становится бледнее бумаги, пытаясь выдернуть свою кисть из захвата.
— Эй! Мне больно! — вскрикивает блондинка. Мэйс только смеется. Но продолжает держать руку.
Я и сам не понимаю, что делаю и что самое главное — зачем, но поднимаюсь со стула. Подхожу к Кайе и парню.
— Отпусти девчонку, — говорю сквозь зубы. Получается немного рычаще, но мне плевать, кто и как это воспримет. Все остальные просто следят за этой сценкой. И никто не вступился за Кайю. И не вступится, конечно.
Я бы и сам наверное раньше так поступил, ведь мне было плевать. Но после того, как я получил от шавок одного незнакомого мажора, во мне просыпается злость перед такого рода насилием. Особенно, когда вторая сторона не может ответить.
— А то, что? — с вызовом спрашивает меня Мэйсон, пряча в глазах панический страх. Пойти против меня — это же надо иметь стальные… кхм… в общем, надо иметь. И это совершенно не то, что цепляться к слабой девчонке.
— А то, сам сейчас просить меня будешь, — говорю обманчиво мягко и делаю еще шаг. Мэйсон психуя, отпускает руку Кайи. — А теперь ты извинишься, — продолжаю так же бесстрастно.
Парень кривится и с отвращением выплевывает:
— Извини.
— Не извиняю, — отрезает Кайя, потирая покрасневшее запястье. Прижимает к себе поврежденную руку. Похоже, Мэйс забылся и применил слишком много силы. — Но ты можешь быть свободен.
— Что здесь происходит? — в дверях появляется опоздавший учитель.
— Ничего, — отвечают все хором, мы расходимся по своим местам.
Шелест тетрадей прерывает едва слышное «спасибо», прилетевшее с парты, расположенной чуть впереди через проход от меня.
Я молча киваю.
Мне никаких благодарностей от мажоров не надо. Как оказалось, я просто не люблю несправедливость.
Глава 14
Райан
После урока я собираюсь и пакую свои вещи слишком долго. Как назло карандаш падает под парту, и приходится его доставать. А нагибаться для меня сейчас — это определенная сложность, поэтому мой выход затягивается на какое-то время.
Наконец-то, подняв свою непослушную вещь, я движусь к выходу из класса. Пройдя пару шагов, я едва не спотыкаюсь. В коридоре — я вижу это отсюда — делает вид, что ждет чего-то Кайя. Невозможно не догадаться, что ждать она может или меня, или зависшего в своем телефоне учителя, восседающего на поверхности стола. И трудно не понять, что тем, кого ждет блондинка, являюсь именно я. Ведь мистера Лавендера она бы уже наверняка спросила о том, о чем хотела.
Едва не закатываю глаза. Еще одна прилипала.
Но продолжаю движение, не бросая на блондинку ни единого взгляда. Выхожу из класса и сразу поворачиваю направо. Следующий урок у меня на другом этаже, а до лестницы ближе сюда — всё логично.
— Райан, — тихо зовет блондинка, я не оборачиваюсь. Не люблю я мажоров. Ни таких миловидных, ни других. Никаких не люблю. — Райан, погоди, — девчонка догоняет меня и забегает немного вперед. Приходится стопнуться, чтоб не наступить ей на ноги. — Райан, я хотела сказать тебе «спасибо»… — негромко продолжает Кайя, обрадованная тем, что мне невольно приходится уделить ей свое внимание.