Чужак - причина для начала полномасштабных репрессий в лагере противников? Парень чем-то важен рейдерам и за него способны спросить всерьез?
Могли ли гопники испугаться показаний случайно выжившего свидетеля? Могли получить приказ: сами вляпались, сами и подтирайте? В результате чего грабители, на нервах, отважились на кардинальное решение проблемы, отправились к больнице...
Пожалуй, нет. Стрелки приехали на дорогой машине, а такие по карманам в рюмочных не шарят.
И что тогда получается? Убийство майора полиции чья-то личная инициатива или таки совершено по приказу свыше? Константин Андреевич рьяно поддерживал новоявленных владельцев рудника, всех, видать, достал... Появление «важного свидетеля» стало последней каплей, и решили убирать обоих?
Сенька подвел джип к воротам Валдаевых, выпустил руль из дрожащих рук и отправил Миранде четко составленную мысль:
«Как бы там ни было, нам надо уходить быстрее. - Волчица негромко и обеспокоенно заворчала, Журбин вздохнул и ответил на невысказанный вопрос: - Я справлюсь, Миранда. Надо решить, что будем делать с топливом. Оставим сани и бочки здесь или оттащим до леса, свернем с дороги и спрячем уже там? За топливом можно вернуться позже, когда я буду в порядке... Или отец за бочками сгоняет».
О том, чтобы оставаться в поселке и разыскивать спутниковый телефон Арсения, напарники уже не говорили. Пока, в связи с убийством начальника полиции, в поселке не объявили чрезвычайное положение и не прошел приказ на отстрел бешеной волчицы, нужно срочно уезжать. Немедленно! Ведь не исключено, приказ на задержание Сектанта и уничтожение взбесившегося волка будет отдан для обеих группировок, за Сенькой и Лаурой пойдет серьезная охота, на опережение.
Отвечая на вопрос Арсения, Миранда составила картинку: прорисовала в волчьей голове табло часов с окрашенной красным цветом четвертью циферблата.
«Считаешь, у нас есть пятнадцать минут, чтобы уйти до переполоха? - Лаура-Миранда тряхнула головой и добавила тревожной яркости в красный цвет. - Опасаешься? Не уверена, что у нас есть эти пятнадцать минут, и лишь надеешься на это?»
Волчица кивнула, и Сенька принялся неловко выбираться из машины. Пока сползал с сиденья, от Миранды пришла новая картинка: зал рюмочной «У Палыча», Сурен разговаривает с кем-то. «Думаешь, мою личность уже установили и вышли на Валдаевых?.. Нас тут могут уже ждать?»
Лаура-Миранда картинно повела плечом, Журбин спрыгнул с подножки и додумал сам:
«Нас встречали у больницы, так что засады в доме у Валдаевых, скорее всего, не будет. Но вскорости сюда нагрянут. Те или другие. А может быть, и все».
Едва переставляя ноги, вязнущие в рыхлом снеге, Арсений двинулся к калитке. За забором бесновался цепной кабель Валдаевых, учуявший волчицу. Лаура-Миранда взбежала на сугроб, уже с него перемахнула ограду и спрыгнула во двор...
Собачий лай затих. Каким-то образом животные ощущают присутствие человеческого интеллекта, едва Лаура-Миранда приближалась и глядела им в глаза, звери - будь то волк, собака или шипящий кот, - мгновенно затихали. Пес уступал дорогу, волк исчезал, кот переставал усы топорщить и удирал без оглядки.
Журбин прошел через калитку, закрыл ее на щеколду и потащился мимо дома к огороду. Там, у кромки картофельного поля, его дожидался снегоход с груженым санями. Край огороженного штакетником надела заканчивался широкими воротами, способными пропустить машину. Оттуда Валдаевы подвозили к дому дрова и сено для коровы, через триста метров открытого, заснеженного пространства начиналась тайга, где в обход поселка проходит грунтовая дорога.
Сенька медленно брел вперед, поглядывал на светящееся окно спальни, слегка тревожился: по всем прикидкам Валдаевы должны крепко спать. Уходя в закусочную, Арсений не оставил им никакого телепатического указания, но, зная эту парочку, ничуть не сомневался: переживать о запропавшем покупателе Прохор и Клавдия не будут.
Тогда почему они не спят? Неужто, за чужими, оплаченными припасами приглядывают? Следят, чтобы поклажу с саней не растащили?
Чудно и вряд ли. Валдаевым начхать на чужое добро, им лишь бы своего не тронули.
Арсений оглянулся. Нашел глазами волчицу...
Лаура-Миранда, попавшая во двор через забор, теперь обнюхивала площадку перед крыльцом. В который раз за эту ночь Арсений пожалел, что после отравления почти лишился ментальных способностей и, став обычным человеком, полагался лишь на слух и зрение. Издалека не получалось ничего ментально уловить от напарницы, а темнота не позволяла разглядеть, вздыблена ли шерсть на загривке зверя, оскалена ли морда?
- Что там? - негромко произнес Журбин. - К хозяевам кто-то приходил, да?