...Краем глаза Сенька уловил, как из-за бани, неслышной тенью, выскользнула волчица. Критически оглядела обстановку и негромко фыркнула.
Арсений догадался, с чем связано недовольство наставницы. Прежде чем скончаться, бандит держался около минуты. За это время Сенька мог бы подползти к нему, выйти на рабочую дистанцию и прозондировать мозг умирающего человека. Мог многое узнать. Понять, что тут творится, будет ли еще засада, кто вообще направил людей на отстрел свидетеля и полицейского...
Но Журбин не сумел заставить себя подключиться к агонизирующему человеку. Пару лет назад он уже ментально присутствовал на пытках, пропустил через себя боль и ужас, и сейчас не смог заставить себя вновь испытать подобное: подключенный телепат чувствует все то же, что и исследуемый человек!
А чтобы внедриться и купировать чужую боль, у парня не хватало сил.
Миранда это поняла. Подошла вплотную и подставила плечо, на которое Журбин оперся, понимаясь на ноги.
От волчицы шло спокойствие. Миранда отправляла Арсению картинки пустынного двора Валдаевых, крыльцо, на которое никто не вышел даже после выстрела, но сочинила образ Прохора, разговаривающего по телефону. Чудесные волчьи уши уловили, как хозяин дома сообщил кому-то о выстреле на огороде.
Если бы сейчас Журбин был в норме, он немного вернулся бы назад, встал на рабочую дистанцию и с расстояния пятидесяти метров стер у Валдаевых малейшие воспоминания о происшествии, заставил их уснуть. Но Сенька был не в форме. Еле-еле передвигая ноги, он брел к снегоходу и на ходу решал вопрос: «Что делать с бочками, Миранда? Увозить, или сани отцеплять и здесь бросать?»
По сути дела, именно за дизельным топливом для электростанции напарники и нагрянули в поселок. Для энергообеспечения домов хватало ветряков, если молодежь хотела посмотреть телевизор или поработать на компьютере, кто-то усаживался на бесколесный велосипед и крутил педали, вырабатывая электричество. Миранда и Иван Завьялов помудрили над генераторами и существенно усилили емкость аккумуляторов, а потому на непосредственные нужды электричества хватало.
Его не доставало только на работу комнаты-«засады», где стояли мониторы от камер слежения охраняемого периметра и регистраторов датчиков движения, расставленных по лесу. Пока зима, пока следы видны, никто особенно не переживал. Но скоро наступает оттепель и вот она несет проблемы. Болота начнут таять и доставить бочки по раскисшей топи станет невозможно. Топливо обычно завозили за зиму, создавая запас на теплое время. Пока сгинут длинные северные ночи и начнут работать солнечные батареи, еще время плотных весенних дождей должно пройти. Получается, «засада» вообще без электричества останется. Либо придется отключать дома, сидеть в потемках и безостановочно крутить педали, поскольку, в связи с возникшим интересом к Пустоши, работа мониторов камер слежения периметра становится первоочередной.
Думая о мониторах, топливе и геологах, Журбин отправлял эти мысли до Миранды. «Как думаешь, Фаина знала, что вскоре к нам нагрянут геологоразведчики?.. Может быть, она из-за них разрешила нам в поселок съездить? Знала, что мониторы нужны Острову в рабочем состоянии еще зимой?»
Миранда не ответила. Кто знает о причинах поступков шаманки? Фаина почти два месяца не позволяла Журбину отправиться за топливом, стояла на своем, как камень. Но вдруг позавчера пришла к Завьялову.
- Борис, - сказала главе островных поселенцев, - надо ехать за горючкой. Завтра же, по утру, пусть Сеня выезжает.
- Чего так вдруг? - прищурился Завьялов. Шаманка никогда, без существенной причины, решений не меняла. - Случилось что-то?.. Или еще только случится?
Ответ Фаины ясности не внес. А так случалось, если дело касалось Журбина - того, кого не может быть.
- Скажи Сене, чтоб был поосторожней, - буркнула шаманка, шибко не любившая признаваться в неудачах, касающихся колдовского ремесла.
До встречи с юным телепатом Фаина не сталкивалась с человеком, о котором не могли поведать всезнающие духи предков. Арсений оказался чистым, нетронутым листом бумаги, он сам чертил свою судьбу, проживая ее день за днем, поскольку был рожден вне расписания, из-за вмешательства потомков в прошлое.
Когда-то Фаина попробовала подчинить шестнадцатилетнего подростка, но Сенька выстоял в нешуточном противоборстве, и шаманка убедилась полностью: к ней наконец-то пришел тот, кому она может передать колдовскую силу. Теперь, помимо диверсантки из будущего, у Журбина появилась еще одна наставница по странному предмету «Колдовское мастерство шамана-ведуна».