Наполовину застекленная дверь главного заводского офиса раскрылась, и на крыльцо вышел подтянутый мужчина среднего роста. Двигая челюстями, пережевывая жвачку, он оглядел парковку и поднес к губам рацию.
- Все чисто, - произнес. - Выходите.
Чуткие собачьи уши уловили сказанное. Хватай-Миранда обошел автобус и подкрался к шеренге дорогих начальственных машин, где уже разогревался дистанционно запущенный двигатель блестящей лаком черной «Вольво».
Жующий охранник открыл дверь офиса и, прикрывая собой сухопарого очкарика в длиннополой шубе, двинулся к разогретому автомобилю. Спину мужика в шикарной шубе прикрывал еще один крепыш, позже оказавшийся водителем. Охранник распахнул перед важным господином заднюю дверцу, водитель сел за руль, бодигард, обежав машину, уселся рядом с ним.
За багажником «Вольво» притаилась крупная собака в бежевых подпалинах на густой светлой шерсти. Пес ударил себя лапой по ошейнику...
И начали твориться странности.
«Вольво», почти вырулившая с парковки, неожиданно остановилась. Из распахнувшейся во всю ширь пассажирской двери на снег выпрыгнул главный юрисконсульт предприятия Максим Владленович Коротич. Не обращая внимания на холод и расхристанные полы шубы, юрист раскрыл водительскую дверцу и приказал шоферу:
- Выходи. Выходи, Сережа, я сам поведу.
Немая сцена. С водительского сиденья на юрисконсульта таращился румяный молодец и не думал выполнять приказа. Смотрел во все глаза на обычно мирного, вальяжного господинчика в золоченых очечках и не мог поверить, что начальник сам за руль собрался.
Максим Владленович схватил оторопевшего водителя за рукав куртки и попросту выдернул того из машины. Не ожидавший подобной резкости Сережа выкатился из «Вольво», как горошина из стручка.
- Вы чо, Максим Владленович?! - вскочил, отряхиваясь. - Совсем, блин, очумели?!
- Цыц, - равнодушно бросил юрисконсульт и строго поглядел на выбравшегося из противоположной дверцы бодигарда. - Свободны, Кирилл. Вы мне сегодня не нужны.
Произошедшее дальше окончательно укрепило подчиненных в мысли, что шеф неадекватен: Владленович негромко свистнул, дождался, пока в открытую заднюю дверь запрыгнет лохматый пес беспородной наружности, аккуратно закрыл дверцу за рассевшейся на кожаном сиденье псиной и самолично сел за руль.
Машину тут же обежал охранник. Злыми, сузившимися глазами поглядел на шефа и прошипел:
- Не порядок, Макс Владленович. Иваныч будет недоволен.
Юрист на Кирилла даже не взглянул. Казалось бы не обращая внимания на вцепившегося в открытую дверцу охранника, он выбросил влево составленную копьем ладонь и ударил в единственное не защищенное одеждой место - под ухо бодигарда.
Охранник тихо хрюкнул и завалился. Водитель, широко расставив ноги, замер, прикидывая: стоит ли бросаться на машину, чтоб удержать сошедшего с ума очкарика?
Но передумал. Поглядел на валяющегося без сознания Кирилла. Состроил виновато-задумчивую мину и отошел в сторону, позволяя «Вольво» выехать с парковки.
Миранда, признаться, не собиралась телепортироваться в опознанного по фотографии наемного работника. Ей нужен был кто-то из владельцев предприятия, но вышедшего юриста так плотно охраняли, что диверсантка поменяла решение: человек, появившийся на улице с подобными предосторожностями, мог обладать нужной информацией. Юриста - берегли. Прикрывали грудью от возможного обстрела, а это значит - он имеет вес, он крайне важен для хозяев.
Погрузившись в мозг нового носителя, о принятом решении пришелица не пожалела.
Максим Владленович Коротич был трусом. И хитро навороченным дельцом от юриспруденции. Учился за границей, одну из стен его кабинета почти до половины завесили хвастливые свидетельства и разноязычные дипломы. В профессиональном смысле Максим Владленович был докой.
И чуть-чуть авантюристом.
Именно эта авантюристическая складка и завела Коротича на Север. Он лихо отстаивал в судах права владельцев прииска, когда же на предприятие начался н а е з д, то развернулся во всю ширь и доказал: не зря он получает деньги. Ох, НЕ ЗРЯ. Почти полгода юрисконсульт держал круговую оборону, умело отбивался от коллег-противников, искал лазейки, оттягивал неугодные судебные решения, ловчил, юлил и ускользал, как юркий, дипломированный угорь.
Когда, казалось бы, отбился и финансово обескровил рейдеров, погрязших в судопроизводстве, захватчики нашли иной источник средств и повели наезд уже без правил. Захват завода и шахтовых разработок, начавшийся почти цивилизованно, превратился в откровенно черный беспредел. Рейдеры прекратили бодаться в судах, завезли в поселок бригаду парней в бронежилетах и едва не захватили офис.