Морщинки на челе Иной расправились, плечи слегка обмякли.
«Правильно решила, детка, - одобрила Миранда. - Своих только зря положишь, а толку может и не быть - сейчас сюда вся местная полиция слетится».
Арсений-Миранда, спиной, вошел на кухню и захлопнул дверь в зал пинком ноги. Ментально понукая полицейского, напарники ринулись вдоль разделочных столов и посудных стеллажей к запертой задней двери. На ходу обрушили кастрюли с полок, уронили пару сервировочных столиков и дополнили преграду...
Глядящие на творящийся разгром повара не пикнули. Смотрели лишь на автомат.
Журбин-Хорн затолкнул сержанта в крохотный коридорчик с кафельными стенами, сорвал с его плеча автомат и, погрузив патрульного в ступор, пробил автоматной очередью замок!
Напарники выскочили в полутемный двор. Они оба понимали, что Иная навряд ли бросится в одиночку преследовать вооружившегося беглеца, но ночной воздух уже звенел от множества полицейских сирен.
Перед мысленным взором Журбина промелькнула карта города...
«Направо! К парку!» - задала направление диверсантка.
В переулок стекались полицейские машины, зажав автомат в руке, Журбин-Хорн помчался через двор к темнеющей аллее.
Через пару сотен метров поменял кокон ментальной неприкосновенности на обычный блок невидимости и пошел по улице в полной уверенности, что людские взгляды им о т в е д е н ы. Любой человек, преодолевший пятидесятиметровую дистанцию переставал видеть телепата. Если, конечно, этот человек не был закрытым. Либо не смотрел на беглеца с орбитального спутника слежения.
Пройдя по парку, Арсений-Миранда спустился в разветвленный подземный переход под перекрестком, нашел там дверь, ведущую к коммуникациям. Недолго повозился с замком и пошел дальше уже под землей.
Не обмениваясь мнениями, напарники знали, куда держат путь - к аэродрому. Они догадывались, что в результате Иная тоже направится туда, но ей придется там сложнее: Тамаре нужно проводить через охрану аэропорта группу закрытых. А Журбин-Хорн - одиночка и в этом случае имеет преимущество: проникнуть незаметно на борт самолета, следующего в нужном направлении, ему куда как проще. Рейс, на котором они и собирались вылетать из Н-ска, отправлялся через пятьдесят минут.
Когда Арсений-Миранда уже сидел в самолете, из стеклянной двери аэровокзала на летное поле выбежала девушка. Прижавшийся к иллюминатору Журбин-Хорн видел, как побелело от напряжения лицо Иной, пытавшейся дотянуться до пилотов и приказать им остановить машину!
Рев двигателей начал затихать!!..
Но самолет уже выкатывался на взлетную полосу и увеличивал дистанцию. Арсений-Миранда протянул до кабины пилотов ментальный щуп, выдернул мужиков из навеянного ступора и приказал им действовать по предписанию.
Самолет взлетел.
И только после этого Журбин-Хорн откинулся на спинку кресла.
«Детке сейчас будет не до нас, - довольно усмехнулась диверсантка. - Она рискнула, засветилась перед камерами аэропорта, ей придется удирать и думать лишь о том, чтоб им на хвост не сел департамент».
«Думаю, уже сейчас она фрахтует борт для транспортировки своей банды».
«Ты думаешь? - усмехнулась Миранда. - Сеня, эта детка побывала в моей голове! Она знает, что ее засекли в аэропорту, борт вычислят и собьют без сантиментов! Иная будет выбираться из Н-ска волчьими тропами, ей не оставят выбора. Так что пока расслабься, Сеня, мы получили оглушительную фору».
«Не понимаю, как она так опростоволосилась? Зачем стала дожидаться подкрепления, а не поехала сразу же в аэропорт? Мы минут двадцать пешедралом драпали, петляли, она могла быть здесь гораздо раньше...»
«Нет, - перебила диверсантка, - ты вооружен. А детка осторожна. Да и потом, подземный переход, где они нас потеряли, находится в ста метрах от площади железнодорожного вокзала. Они д о л ж н ы б ы л и подумать, что у нас не хватит наглости на путешествие по воздуху, вначале Иная и закрытые отбывающие поезда и вокзал обшарили».
«Повезло», - вздохнул Журбин.
«Нет, Сеня, - серьезно выговорила Миранда. - В подобных мероприятиях везунчикам не место. Тут выживают только те, кто сам себя везет».
* * *
Делившие одно тело напарники брели через тайгу, лес освещала огромная, как таз, луна. Три года назад Фаина увела земляков и завьяловцев на Север, в ее родных местах сейчас было гораздо теплее: здесь снег уже почти везде стаял, хотя в низинах продолжали царствовать сугробы.
- В овраге мы совсем завязнем, - попытался напророчить телепат. - Там и летом-то, как в погребе, - туман и сырость, сейчас, наверное, снегу все еще по пояс, а местами так и до макушки.