Очнулся Журбин уже в настоящей ночной темени. И не сразу разобрал, кто находится с ним рядом.
Чьи-то руки торопливо распутывали веревку на его запястьях, которые на этот раз стянули впереди.
«Это Тамара, - едва уловимо прозвучал голос наставницы. - Не пугай ее, судя по дыханию, девочка и так боится до смерти».
«Давно она здесь?»
«Только что спустилась. С сундуком на крышке провозилась долго. Егор на улицу протопал, а она сразу же сюда побежала».
«Кого она боится? Меня, Егора, бабушку?»
«Всех вместе».
Распутав мудреный крепкий узел на руках пленника, девушка быстро связала его по-новой, так, чтоб развязать получилось, дернув зубами за петельку. Потом приподняла голову Арсения и вложила ему в губы горлышко пластмассовой бутылки.
- Ну, ну, давай же, пей!
Журбин-Хорн «очнулся» и начал жадно всасывать воду...
- Я чай подменила, - быстро зашептала Тамара. - Вместо сон-травы хорошие травки запарила. Когда Егорша вновь поить тебя начнет, пей. Это тебе поможет.
Постоянно прислушиваясь, Тамара дожидалась пока пленник напьется и говорила:
- Я твои вещи под котел запрятала. Заполночь сундук опять с крышки отодвину, тогда ты уже ходить сможешь... Уходи.
- Нет, - прохрипел Журбин.
- Уходи! - взмолилась девушка. - Или что-то нехорошее случится!
Едва шевеля языком, Журбин протолкнул наружу слова:
- Без тебя я не уйду.
Девушка осторожно прикоснулась к мыслям Арсения. Наткнулась на невообразимую кашу из событий и образов, пугливо отпрянула!
- Уходи. - Тамара резко встала на ноги и, запрятав пустую полулитровую бутылку в карман длиннополого жилета, пошла к лестнице.
Журбин-Хорн постарался приподнять голову.
- Почему ты мне помогаешь?! Ты мне поверила?!
Тамара обернулась. Постояла секунду.
- Не тебе. Себе.
В одно мгновение девушка отправила пленнику картину, дополненную личными ощущениями: из-под засыпанных прелой листвой, раскоряченных корней дерева извлекают сверток. Разматывают. Самосвал показывает всем измазанный землей и гарью автомат. Радостно им трясет.
Тамара берет этот автомат в руки... которые привычно и умело передергивают затвор. Приклад удобно приникает к плечу, глаза сосредотачиваются на мушке...
Конкретно в тот момент на Тамару ливнем хлынули воспоминания! Е е руки когда-то держали именно э т о т автомат. Стреляли из него. «Калашников» все еще пах пожарищем и пачкался пеплом.
Нахлынувший поток испугал Тамару до ужаса. Она у в и д е л а, как у б и в а е т. Голыми руками, ножом, из огнестрельного оружия, из вертолетной пушки лупит - лес горит!!!..
«Оставь ее, Журбин, - устало попросила диверсантка, когда ужаснувшийся вместе с любимой телепат попробовал дотянуться до уходящей девушки. Остановить или извиниться! - Ты увидел и понял, что именно принесли ей воспоминания. Она в шоке, Сеня. Откуда-то Фаина знала, какая жуть выплеснется на Тамару от соприкосновения с оружием, догадалась, что всколыхнется тактильная память... Ведьма ведет уже 3:0, Журбин. Мы стали для Тамары - ужасом: я пользовалась ее телом для убийства и ничего здесь не изменишь».
«Но мы же только защищались!»
«Без разницы».
Арсений незряче смотрел в темноту. Лежал навзничь, как бревно, и ощущал себя опустошенным, уничтоженным!
«Я просто так не сдамся. Она нам помогла, значит, еще не все потеряно».
«Что не потеряно, Журбин?.. Она нас - прогоняет! Мы стали для нее кошмарным напоминанием!»
«Нет. Я не верю».
«Ногой пошевели. Нам надо уходить, пока полная луна держит дверь портала открытой. Сегодня второй день полнолуния, не уйдем этой ночью, завтра можем и не проскочить. Застрянем здесь непонятно насколько. Пойми, это уже не наша битва, Журбин! Приведем сюда бабушку Фаину пусть сама со своим Антиподом разбирается. Мы сделали все, что смогли».
Наверху негромко проскрипел задвигаемый на крышку сундук, тапочки Тамары мягко протопали до комнаты. Едва ее шаги затихли, над головой забухали тяжелые ботинки и раздались негромкие мужские голоса.
Через минуту сундук начал вновь отъезжать с крышки подпола. В подвале вспыхнула единственная, утлая лампочка, в распахнувшемся люке показалась голова Егора.
Журбин-Хорн закрыл глаза. Ориентируясь по слуху, понял, что спускаются два человека.
- Здесь стой, - приказал кому-то внучатый племянник ведьмы, и человек, спустившийся вместе с ним, замер на последней ступени лестницы.
«Хорошо стоит, - похвалила диверсантка. - Далеко и есть обзор для выстрела».
Егор подошел к матрасу, присев на корточки, задрал голову пленника и просунул сквозь его зубы фарфоровый носик.