Я в ответ хмуро рассказывал, что меня давно зовут работать стриптизером. Плясать голышом на закрытых вечеринках, что всякие состоятельные дамы устраивают в Москве постоянно. По некоторым признакам, я буду мегазвездой.
Машка на это мрачнела, и заявляла что Лукин- это ее собственность, она и сама решит, как его эксплуатировать. И знай, Санечка, что это неправильно, когда его душат без моего ведома! Я же буду плакать, Саш. Ты же будешь осторожнее?
Так, беззаботно переругиваясь, мы ехали в Снегири, в гости к Машиной подружке. Я бесжаластно вытряхнул девушку из постели в начале восьмого утра. Трафик в Москве 91-го вполне щадящий, хотя и не без пробок. Но выезд в выходные из города- ад и израиль. А уж по Волоколамскому шоссе…
Несмотря на то, что дел у меня накопилось более чем, я заявил коллегам и партнерам, что нафик, у меня выходной. Разбудил Марию спозаранку, и мы поехали. Нет, за утренним кофе она конечно не могла не ехидничать. Про крестьян, что даже если соберутся бездельничать, по крестьянской привычке просыпаются с петухами, что бы начать бездельничать пораньше. Но я был глух, и непреклонен.
До Снегирей, что всего в тридцати километрах от МКАД, мы ехали три часа. Правда, заехали на Ленинградский рынок. Походили в рядах. Я купил не только мяса и овощей. Но и новинку конверсионной продукции- сборный мангал. А потом поговорил с ребятами — грузинами, торговцами зеленью, и они принесли мне трехлитровую бутыль с хванчкарой. Все как положено, вместо пробки, кукурузный початок. Она бурчала, что нас и так покормят, не позорь меня пред подругами. Но я не слушал. Пока ожидали вино из закромов, джигиты демонстрировали Марии стать и огонь очей. А пожилой грузин- хозяин прилавка, подарил Маше кулек персиков. Просто так, без денег. Даже легкая на язык Маслова застеснялась и покраснела. Впрочем, все и так мне обошлось весьма недешево. Но, да чего уж.
Так что, по дороге до Снегирей, Машка натрескалась персиков, и подобрела. Рассказала, что ее подруга Катя, дочь крупного чиновника и мамы- инструктора ЦК, вышла замуж зимой. Что бы не висеть на шее у родителей, поселились на родительской даче. Катин муж Павел, закончил этим летом Институт Культуры, в Долгопрудном. Очень творческий парень. Из чего я сделал вывод, что Павел, похоже, не работает.
Эти Катя и Паша, оказались канонически прикльной парой. Она — толстая, крупная, веселая хохотунья. Аутентично загороду, одета в эти шерстяные синие спортивные штаны, с вытянутыми коленями, свитер до колен, на ногах растоптанные кроссовки. Паша( Павел, значительно представился он)- худой, невысокий, чуть ли не ниже Кати, рыжий дрыщ. Одетый модно и аккуратно, словно к выходу. Под левым глазом у него, отчетливо просматривался синяк. На который Маслова, так же отчетливо фыркнул.
В процессе знакомства, я разгружал припасы, вызвав одобрение не только хозяев, но и подтянувшихся на наше появление остальных гостей.
— Отлично, Машка! — обрадовалась Катя, увидев бутыль с Хванчкарой — в нашем, деревенском магазине, из легких вин — только водка. И то не каждый день.
Остальные гости, в количестве еще двух пар, Таня и Олег, Наташа и Володя, тоже выразили горячее одобрение. И споро потащили наши с Масловой покупки в беседку, в глубине участка.
Участок большой, как бы не полгектара, с древней дачей, типа обычных подмосковных дач крупной номенклатуры. Множество таких же дач я видел в Жуковке, на Рублевке. В тех самых местах, где разворачивалась история Тимура и его команды. Когда реальный Тимур, сын Аркадия Гайдара, познакомился девушкой, внучкой писателя Бажова. И у которых потом родится сын Егор.
Ребята, приветствуя Марию, демонстративно удивлялись ее такому раннему появлению, ведь обычно она приезжала под вечер. А Маслова так же демонстративно не удивлялась ранним халявшикам, сбежавшимся на шашлык и алкоголь. Как я понял, все присутствующие — однокурсники, этим летом выпустившиеся из МГУ.
Как выяснилось, у хозяев не было мангала! Шашлык делался на специальном кострище, с какими-то камнями. Поэтому, мы с парнями для начала остограмились за знакомство, и собрали привезенное мной дитя конверсии. Чахлое и хлипкое, но вполне функциональное. Но не успели мы разжечь огонь, как Олега и Вову утащили барышни, помогать им резать всякое для закусок, то есть чистить картоху. И мы с Пашей еще хлопнули по чуть-чуть, и принялись делать шашлык, под неспешную беседу, и присматриваясь друг к другу.
Меня интересовал дачный быт, в месте, овеянном легендами. В конце — концов в Снегирях, кроме Дома Отдыха правительства СССР, куча дачных кооперативов номенклатуры и военных, не говоря о легендарном дачном кооперативе «Кино», где не живет лишь Михалков. А остальные киногранды мало того что там живут, но и неустанно расширяют и укрупняют свои латифундии.