Подполковник Ларионов, начальник зоны общего режима в городе Вельск, убедившись в нашей серьезности, родил идею. Вы говорит, парни, дайте мне еще пару тысяч тонн мазута. А я лес со всех зон буду через вас торговать.
При кажущейся простоте, вопрос более чем серьезный. Потому что приличные деньги зависают в том лесе. А нам нефтебазу выкупать. Но ребята из Питера вывели на прямые контакты с финнами. А тех интересуют лишь серьезные объемы леса. Но это — валюта. В общем — считать и прикидывать, А то и, надо бы тебе, Саня, в Архангельск слетать. Да с Ларионовым, и с Трифоновым, вместе поговорить. Но тут зазвонил телефон. Господин Ряженов приглашает Лукина и Буслова к себе. И Родионова захватите, он все равно у вас там напивается.
Алексей Анатольевич был весел и раскован. Сообщил, что он прибыл сюда прямо со Старой Площади. И ему там вручили вот такой вот, Лукин, документ, над которым просили подумать. И Леха протянул мне папку, в которой сверху лежала невзрачная бумажка.
Так, что тут у нас… Папка называется ' Решение заседания Политбюро ЦК КПСС' от апреля 1991 г.
Бумажка сверху — выписка из того решения. ' Выделить представителям Итальянской Коммунистической Партии для реализации 7 млн. ( семь миллионов) тонн нефти. Профильным и подведомственным организациям согласовать сроки и способы поставки'. **
Нехило. Я полистал папку — остальное в ней- какая то непонятная политическая муть. Хотя изучить нужно будет тщательно.
Пока я листал папку, Леха на словах объяснил парням ее содержимое, и сказал:
— Нужно подумать, как бы это дело реализовать. Я не тороплю,но вдруг у кого идеи есть?
*- имеется ввиду исполненная грусти загадочная песня группы " Технология" — «Танцуй под дождем, в переходе подземных станций…»
**- шесть — десять миллионов тонн нефти ежегодно выделялось на поддержку КПИ, до самого 91 г.
Глава 34
Как говорится, шли годы, смеркалось. Постоянно приходилось что то решать. Ошибки грозили огромными убытками.
Легкая моя радость от наличия начальника, сменилась раздражением. Потому что Леша Ряженов на мои попытки выдать свое послезнание за его решения, гнусно ухмылялся. Рассказывая парням что — Лукин полюбил придумывать неведомую херню. Скорее всего, мы с ним скоро вылетим в трубу. Ах, Алекс, как же хорошо иметь в коллективе того, на кого можно все свалить!
Тем не менее, компания «МБ», первая в стране, ввела в практику прописывать в договорах привязку рубля к доллару. Ну, вот это, знаменитое: ' В целях избежания инфляционных издержек, Договор фиксируется в УСЛОВНЫХ ЕДИНИЦАХ(далее — УЕ). Одна Условная Единица равна одному американскому доллару'.
Когда я привез из Архангельска подписанный договор, с этой фразой, Алексей Анатольевич похмыкали, поморщились, и ничего не сказали. Лишь спустя время он обронил, что ни юристы, ни налоговики не наши этому противопоказаний. Очень неплохая мысль, Лукин, высвобождает дофига ресурсов.
В стране, между тем, был сущий кавардак. Плановые поставки срывались, коммерческие пробуксовывали. Союзные и Российские министерства делили полномочия, то есть не работали. И все, без исключения, региональные власти, задумчиво нарезали круги вокруг партийной собственности.
Газета ' Московские Новости' жгла напалмом, рассказывая истории репрессий. «Огонек» опубликовав записи разговоров Горбачева с Бушем, уже не стеснялся. Брал интервью у Курехина. Тот выступил по ТВ с рассказом что Ленин, на самом деле — гриб, с броневиком-плодоножкой. В интервью «Огоньку», известный композитор призвал политических оппонентов Горбачева и Ельцина, быть в своих дискуссиях понятней народу. Например, честно уже назвать друг-друга млекопитающими.
Мои отношения с Машей, слегка успокоившись, оставались полны экспрессии. Пусть она и много работала. Мне было с ней банально интересно. А ей…да мне было плевать, отчего она выбрала меня. Я просто старался, что бы она не боялась жить дальше. Оставшись, в общем-то, одна против всего мира. Да и вообще, зачем это все, если девушка не смотрит на тебя, вот так, как она смотрела на меня, когда я заезжал за ней, забрать ее с работы…
Это конечно совершенно не отменяло перманентного выяснения отношений. Да и то, статус бедного провинциала, отхватившего богатую подругу, не оставлял мне шансов. И все это, делало жизнь не скучной. Ведь чувак, имеющий лишь джинсы, костюм и пару футболок, на фоне большой генеральской квартиры не мог не вызвать иронии. Ну, я как мог отбивался. И когда она поутру, говорила мне, что мол, Саш, мне нужно с тобой серьезно поговорить, я тут же заявлял: