- Я не слежу за Владимиром, - не стесняясь, соврала Нинель. О его помолвке, кажется, не говорил разве что ленивый, а сочувственные взгляды в университете преследовали первое время денно и нощно. – Но в любом случае желаю ему только счастья. Он – замечательный человек.
От её слов, конечно, за километр несло фальшью, только вот сейчас это явно никого не заботило. На кону было явно кое-что поинтереснее, чем её лживые реплики о прошлом.
- Возможно, однако, я не могу равнодушно смотреть, как губятся две жизни, - елейно проговорил мужчина, и намёк в его голосе девушка уловила сразу. – Уверен, если вы появитесь в его жизни, то Владимир станет счастливее. Этой свадьбы не должно быть, и в наших интересах, её предотвратить.
- Мне кажется, что моего интереса здесь нет, - попыталась возразить Нинель, чувствуя, как тиски становятся теснее с каждой секундой. Надежды на то, что её отпустят просто так, уже не было, но сдаться хотя бы без попыток отстоять свою свободу девушка не могла. Ощущать себя безвольной снова было унизительно. – Все наши отношения давно в прошлом, и…
- Нет настоящего без прошлого, - отмахнулся Петр Сергеевич и, сразу пресекая дальнейшие прения, добавил. Не грубо, но довольно жёстко. – Ведь помощь старых союзников всегда может помочь в настоящем. Вы, конечно, довольно ответственный человек, но представьте… вдруг придётся бороться с несправедливым отчислением или долгами из-за кражи на работе… Не приведи судьба, к кому же идти со своей бедой? Я, конечно, помогу по мере возможности во всех начинаниях. Тем более старая любовь… Вы же согласны, Нели?
Нинель с трудом сдержала смех. Вот так вот мило и весьма плавно ей поставили ультиматум: или вылетишь ото всюду с позором, или разрушить брак старого любовника. Голубые глаза напротив говорили прямо и честно, понять здесь что-то неправильно просто не было вариантов. Петр Сергеевич был серьёзен и в случае отказа: одним взглядом обещал превратить её жизнь в кромешный ад.
Сегодня с кафе и работой была лишь демонстрация его власти, настоящий же кошмар только надвигался. В этот раз соскочить так просто, как с Владимиром, не представлялось возможным даже теоретически.
- Вы умеете убеждать, - согласилась Нинель, на минуту прикрывая глаза, чтобы сосредоточиться. Раздавшиеся шаги официанта лишь болезненно усилили суматоху в голове, сама не зная, зачем девушка потянулась к сумке, но Петр Сергеевич жестом дал понять, что делать этого не нужно.
- Уж не роняйте моё мужское достоинство, Нели, - смеясь попросил мужчина, прислоняя карту к выносному терминалу. – Я в состоянии заплатить за женщину, найти её номер, позвонить и оплатить сопутствующие расходы. Был бы безмерно рад, если бы леди согласилась быть подвезённой.
Последнее предложение неприятно резануло, заставляя окунуться в неприятные воспоминания. Возможно, выбора в более глобальной ситуации у неё нет, однако уж в этой она точно имеет право голоса. Да и находиться ещё какое-то время с человеком, готовым подставить её под удар как пушечное мясо, было просто противно. Желание уйти с каждой секундой становилось всё более и более нестерпимым.
- В другой раз, - отмахнулась Нинель, осторожно вставая из-за стола. По взгляду мужчины, она чувствовала, что он не хотел её отпускать, но подчиняться сейчас необходимости не было. К тому же его взгляд и так дольше положенного и явно оценивающе опускался ниже её плеч. – Спасибо за вкусный ужин.
Петр Сергеевич не успел договорить обычную любезность, как девушка кивнула и, хотя ноги безумно тряслись, уверенной походкой вышла из кафе. На её месте глупо было не понимать, что её жизнь сейчас разделилась на «до» и «после».
Покоя, как ни странно, не давала одна существенная деталь: как даже теоретически выполнить его просьбу девушке, которой Владимир только тешился, не испытывая ни грамма любовных чувств?
Что мне снег, что мне зной, когда мои друзья со мной?
Настроения паршивей у Нинель не было давно. Казалось, от волнения и напряжения последнего часа из неё готово было выплыть всё, что она ела за обедом. Голова болела, ноги не держали, а мысли, словно бы вообще исчезли из головы.
Разве что оставшаяся в живых нервная клетка бегала по уголкам мозга и кричала, посылая единственный импульс: «Мы вляпались. А-а-а-а! Я тебе говорила! Капец! Мы пропали! Выпустите меня отсюда!» В принципе, девушка с её воплем была вполне солидарна, но сдаваться без боя… это больше не про неё.