Разведчики-минеры начали потрошить свои герметичные мешки, вытаскивать снаряжение, проверять оружие.
Мы с Болевым забрались на скалу выше пещеры, развернули и замаскировали антенну.
— Ну что, карась Балет, боевые будни начались у тебя раньше всех. Да ты только не ссы! Мы — группа первой очереди. Твои могут через две недели пойти. Так что вполне успеешь еще и с ними сбегать.
— Товарищ старшина! — обратился я вполне уставным порядком к Дитеру. — А на хрена меня выдернули из родной группы? У нас ведь только-только учения прошли.
— Мысли шире! У нас сейчас нормальных водолазов мало. Здесь всего две пары да я — командир, заодно и радист. А еще нужен тот человек, который на дежурном приеме будет сидеть, базу охранять, жрачку готовить, когда мы на задачу пойдем. С этим и ты можешь справиться. Под воду не полезешь заряды ставить, а мы, минеры, сейчас на вес золота.
— Ага. Вот почему ты меня верблюдом назвал.
— Ну да, вроде носильщика. П полудурок и неумеха тут тоже не нужен. Я своему штатному командиру твою кандидатуру двинул, ваш каплей поддержал, сказал что ты толковый матрос, в головняке бегаешь. Так что гордись.
— Блин! А я думал, что он меня спихнул перед боевым дежурством.
— Хреново думал! Ваш каплей нормальный мужик. Некоторые, когда группы минирования дополняют, суют нам идиотов — мучайся с ними потом. А ваш понял, что этот район потом вам же достанется, поэтому разведчик, уже прогулявшийся по побережью ножками, ой как нужен будет! Тут тебе, наоборот, доверие оказали.
— Ни хера себе. Вот это доверие, — буркнул я, закрепляя растяжку антенны.
В пещере уже горел костер из невесть откуда взявшегося плавника. Дым уходил куда-то вверх. На выходе был сооружен светоотражающий экран из плащ-палатки.
— А нас не заметят береговые патрули из-за дыма? — спросил я старшину.
— Все уже давно сделано. Дым в дырку идет, его потом к морю сносит. Так что если только по запаху.
Пока матросы проверяли индивидуальные дыхательные аппараты, готовили свои мины, я взял два котелка, наполнил их водой, вскрыл пару банок тушенки и начал варить суп. В пещере, как и на месте наших береговых занятий, тоже была закладка. Там нашлась картошка, уже довольно сморщенная, дряблые луковицы, несколько пакетов с крупами и рисом, маркированных иностранными надписями. Вполне неплохой набор для супа и каши.
Пока я занимался приготовлением пищи, командир достал из непромокаемого планшета сразу две карты, собрал возле себя разведчиков и начал что-то им объяснять. Мне было безумно интересно, но пришлось сделать отсутствующий, независимый вид и с интересом наблюдать, как пережаривается лук в котелке на жире из-под тушенки.
Мы плотно поели.
Дитер распределил время дозоров наверху, возле выставленной антенны и повел меня первого на место, всучив мне малогабаритную станцию. На этот раз мы залезли гораздо дальше и выше.
— Станцией работаешь только тонами, если что-то серьезное. Сразу один длинный на всю мочь. Не вздумай вызывать базу и баловаться с тангентой.
— Слушай, а как я передам, что тут, наверху? Будет же непонятно.
— Один длинный, и все! Я сам приползу! Мы в режиме радиомолчания. Знаешь, что за часть рядом с нами стоит?
— Так связисты какие-то. У них же там антенн куча.
— Хрена там связисты! Это такие же морские разведчики, как и мы, только другого профиля. Короче, слухачи эфира.
— Ага, понятно. А здесь что?
— А то, что у местных военных есть еще комплексы на машинах. Раскрываю тебе военную тайну. Мы должны тут на бережке кое-что заминировать и тихо эвакуироваться. А эти самые машинки слухачей дружественной нам страны уже работают. Засекут наш выход в эфир, сразу навалит толпа китайцев, а оно нам надо?
— Ага, понял, один длинный! Укажи мне направление наблюдения, — попросил я командира.
Тот сделал это и исчез.
Я устроился поудобней среди камней, накрылся плащ-палаткой и принялся вести наблюдение в указанном секторе.
Интересно, а где же нас высадили — на островах или все-таки на материке? Судя по долгому перелету, мы сейчас находимся где-то в Тихом океане. Если Поповских знает, что наша группа тоже будет работать в этом районе, то, может стоит все-таки получше осмотреться?
Так, сзади меня море. Впереди какие-то сопки, покрытые буйной растительностью. Я сидел в распадке между высоким выступом и спуском к морю. Кругом один камень. Песка, кустов и травы нет.
Минут через пятнадцать мне надоело лежать на одном месте. Я решил вскарабкаться повыше, закинул станцию на спину, повесил пулемет на грудь и стал потихоньку взбираться на близлежащую скалу. Пыхтел минут пять, подрал локти, но все-таки вылез на вполне удобный выступ с хорошим обзором.