Через два дня я довел группу до площадки эвакуации. Дитер отработал еще один сеанс, подтвердил, что мы находимся на месте. Вертолет должен был подойти минут через пятнадцать. Мы еще раз проверились на наличие хвоста, обследовали местность.
Пленный вел себя на удивление смирно и никаких забот не доставлял.
Вскоре послышался шум винтов. Над поляной прошел двухвинтовой морской вертолет камуфлированной раскраски. Дитер выпустил в воздух зеленую ракету, бросил на землю сигнальный патрон оранжевого дыма для обозначения направления и скорости ветра.
Сигнал был замечен. Вертолет завис над площадкой, потом резко снизился и плюхнулся на шасси. Раскрылась боковая дверь. Наружу выпрыгнули пять матросов в комбинезонах с оружием в руках.
От неожиданности я чуть было не открыл по ним огонь, но вовремя опомнился.
Один из них с пулеметом ПК отбежал от вертолета и плюхнулся на пузо. Да это же наш Киев! А вон Зеленов. Гобой с гранатометом сидит в позиции для стрельбы с колена. А командует всеми Саня Федос с радиостанцией за спиной.
Ни хрена себе! Они что тут делают?!
— Посадка! — скомандовал Дитер.
Мы в колонну по одному, толкая впереди себя американца, кинулись к вертолету.
— Товарищ капитан! — К офицеру, вальяжно возлегающему под деревом, подошел прапорщик. — Вторая подгруппа прошла по маршруту. Туман везде.
— Вася, ты меня вечно расстраиваешь, — ответил Черепанов и отхлебнул кофе из изящной фарфоровой чашки, совершенно неуместной здесь, на дневке группы спецназа в джунглях Вьетнама. — Я, Вася, вообще человек непригодный к разведке. Я в строевой части должен сидеть, тетками рулить, несколько красивых любовниц иметь, а сам тут непонятно по чьей прихоти ошиваюсь. Связь с группой советников крайний раз была перед боем. Теперь глухо. Этот ополоумевший американец достал своим нытьем. Обидно ему, что его янкесом кличут, кричит, что он коренной ирландец.
— Командир, может, грохнем его? Измучил уже своим хныканьем, а пользы от него никакой.
— Нет, Вася, это наша палочка-выручалочка перед начальником управы. Постреляли, трофеи взяли, проходы к укрепрайону нашли, а толкового доказательства нет кроме этого рыжего мудака, — проговорил Черепанов.
Через час первая подгруппа убыла для ведения разведки сразу же вышла на связь.
Черепанов накинул на одно ухо головной телефон, зажал тангенту и заявил сержанту, командиру подгруппы:
— Малыш, очнись! Какие на хуй березы посреди Вьетнама?
— Я серьезно! Березы и дубы, как в средней полосе. Болотце какое-то гнилое!
— Ладно, давай направление, сейчас подскочу. — Черепанов записал координаты, отметил направление движения и свистнул своего порученца, разведчика огромного роста, урожденного тибетского китайца. — Афоня, пойдем прогуляемся, морда твоя узкоглазая, хватит дрыхнуть, победу коммунизма проспишь.
— Готов, товарищ капитан! — Советский китаец закинул за спину ранец с пулеметными лентами, повесил через плечо ПКМ и напялил на голову широкополую панаму.
Командир группы, сетуя на отсутствие какой-то загадочной мобилы, скрылся вместе с порученцем в буйных зарослях.
— Епть, действительно березки, — восхитился Черепанов, прибыв на место. — Красота, бля, неописуемая. Афошка, что думаешь?
— Красиво, как у нас под Вязьмой. — Порученец печально вздохнул.
— Таоварищ капитан, фишка сообщает о движении от нас на три часа, — подал голос сержант, командир подгруппы.
— Осторожно, соколы мои, смотрим, огонь только по команде! — приказал Черепанов и залег.
Вскоре мимо его людей протопал взвод в непонятной камуфлированной форме. Парни вяло переругивались между собой по-русски.
— Товарищ капитан, наши! У них «калаши», — ошеломленно пробормотал тибетский китаец Афошка.
— А, херня, — спокойно резюмировал ничуть не удивленный Черепанов. — Эти дятлы сейчас выйдут в Великую Отечественную, к фашистам. Фильм «Туман». Смотрите на ОРТ великолепнейшую шнягу с потугами на патриотизм. Забудьте все, что здесь видели. Это мираж. Сейчас идем обратно, не отклоняясь ни на шаг. Не хватало нам еще в дешевой похабщине сняться.
Вскоре подгруппа присоединилась к основному составу подразделения.
Через три дня сидения на одном месте туман рассеялся, и радисты наконец-то смогли прокачать связь. Оказалось, что вместо нескольких суток в эфире они отсутствовали чуть ли не две недели. Время загадочным образом скакнуло вперед.