— Давай настраивайся, не бери в башню. Товарищ лейтенант, вы можете еще понаблюдать? Где шлюпка?
— Я же здесь для этого, — спокойно проговорил лейтенант и через пару минут выдал дальность до объекта.
А в бинокль по-прежнему ни хрена не видно.
Фишка минеров со скрытным проникновением при возвращении на свой пункт не сработала.
На резиновой шлюпке наверняка старшина Болев. Надо им тоже встречу устроить. А то опять возьмут в плен наши секреты, оправдывайся потом, говори, что всю ночь глаз не смыкал.
Время тянулось как резина. Наконец мне все-таки удалось засечь передвижение резиновой шлюпки в бинокль. Минеры уже шли на веслах, отключили мотор.
Смирнов начал запрашивать пароль. Со шлюпки отозвались. По позывному — группа, в которой работал Болев, однако командиром на этот раз офицер. Что-то у минеров случилось неординарное. Слава сказал, что они запросили на берег санитарный автомобиль, причем срочно. Черт, что у них стряслось?
Я побежал к пункту связи, по проводной линии вышел на дежурного и по таблице условных сигналов передал ему просьбу о санитарном автомобиле. Медики находились на постоянном дежурстве, поэтому буквально через пять минут неподалеку забегали лучи фар. Я выскочил на дорогу и замахал руками. Подъехали капитан-лейтенант медицинской службы, фельдшер-сверхсрочник и матрос-санитар, обвешанный сумками. Он сразу начал вытаскивать из задних дверей носилки.
Я по «Соколу» связался со шлюпкой. Меня попросили визуально обозначить место приема. Пришлось мне зажигать сигнальный патрон. С воды заметили огонь, скорректировали движение. Через двадцать минут минеры вытаскивали шлюпку на берег.
Медики кинулись к разведчикам, сняли с борта двух водолазов, аккуратно переложили на носилки и сразу же увезли.
Мои парни, прибежавшие с постов, обеспечивали охранение и наблюдение, залегли полукругом в радиусе нескольких десятков метров. Наши гости с аппаратурой продолжали вести наблюдение за морем.
Я увидел Дитера и подошел к нему.
— Здравствуй, Балет. Дежуришь? — сказал Дитер, подал мне свой рюкзак и развернулся ко мне спиной.
— Здравия желаю, товарищ старшина! — поприветствовал я водолаза и прижал рюкзак к его спине.
Дитер ловко продел руки в лямки, перевесил подводный автомат на шею.
— Видишь, как хреново у нас. Саныча зацепило под водой. Олегу грудь навылет. Он еще и переохлаждение хапнул. Мужик здоровый, будем надеяться на лучшее. На подлодке док все, что надо, сделал, но все равно стремно. Наш группер как в воду опущенный, хотя не виноват ни в чем.
Я молча кивал. Что я тут мог сказать? Наверняка Дитер что-то нарушал, рассказывая мне о происшествии, но накипело, охота кому-то душу излить. Между собой они уже все перетерли.
— Балет, в лагере спиртного можно достать? Не себе, а старлею нашему. Пусть хотя бы сотку залудит, а то его тремор ни хрена не отпускает.
— У Федоса, нашего замка, есть, он поделится.
— Вот времена! Уже и водяра у годков есть, — притворно сокрушился старшина. — Ладно, давай, неси службу. Надо было тебя снова на задачу вытащить. Ты у нас вместо талисмана был бы. В прошлый раз сходили — на три пятерки отработали, а сейчас!.. Эх, лажа. — Болев досадливо махнул рукой.
Я снял своих с охраны и снова отправил по местам.
Интересно, почему Дитер такой грустный, а группера водолазов бьет трясучка? Да, тут ничуть не лучше, чем у морпехов, бросающихся в море в своих железных коробках.
Пойду на пост, посмотрю на лейтенанта, что он там в море накопал. Полезная у них аппаратура. Этот литер спец в своем деле. Хлипкий, конечно, бегать не умеет, а так вполне ничего.
До утра ничего интересного больше не случилось.
Лейтенант подежурил немного, не выдержал и заснул на топчане Смирнова.
Под утро мне жутко захотелось есть. Я оторвал Славу от окуляров и наушников чужой аппаратуры и предложил перекусить. В заначке у меня была пара таблеток сухого спирта, так что банку рагу из баранины и фляжку с чаем подогреть вполне реально.
Так я и сделал. Можно завтракать, проверять посты и готовиться к смене.
Тут еще и лейтенант проснулся:
— Ой, а чем это пахнет так вкусно? — Он начал втягивать ноздрями аромат мяса.
Спал бы себе. Теперь придется делиться.
— Угощайтесь, товарищ лейтенант, завтракать пора. — Я протянул ему банку и сухарь.
— Ой, вот спасибо. А мы сами чего-то и не подумали об этом. А моих моряков покормят на других постах?
Я заверил, что покормят. Лейтенант не услышал в моем голосе ни единой нотки раздражения и с удовольствием съел всю банку, вообще-то, предназначавшуюся мне и связисту. Пришлось нам со Славой попить чаю с сухарями. Офицер ничуть не смутился, откинул в сторону пустую жестянку, достал из кармана робы пачку сигарет и закурил. Ну вот. Только этого мне и не хватало.