— Поторопись немного и уйми собаку.
— Замолкни, Отелло! — прикрикнул Коберидзе на овчарку.
Заал невозмутимо велел:
— Открой калитку.
Овчарка рычала, и Коберидзе, еще раз прикрикнув на нее, отворил калитку.
— Давно не виделись, — сказал я. — Как поживаете?
Коберидзе не ответил.
— Дома есть еще кто или ты один? — спросил Заал.
— Один. Какое дело привело вас в такую жару?
— Отвяжи собаку и убери ее подальше от сарая. Пока я здесь, охрана сарая обеспечена.
Коберидзе медлил.
— Ты слышал, что я сказал?
Коберидзе подошел к собаке и, отвязывая ее, предупредил:
— Я могу не удержать ее.
Заал сдвинул фуражку на затылок и усмехнулся:
— Старый шутник!
Коберидзе не думал шутить. Он спустил овчарку.
Все произошло так быстро, что я не успел даже подумать, мне защититься от надвигающейся на меня мохнатой громады. Возможно, овчарка летела на Галактиона, а возможно, на Заала, но мне казалось, что ее разинутая красная пасть нацелена на меня.
Заал уложил собаку одним выстрелом. Потом он подошел к Коберидзе, замахнулся, но не ударил, сунул пистолет в кобуру и крикнул:
— Убери собаку!
Коберидзе взял собаку за лапы и потащил за сарай, оставив ни траве темно-красный след.
На выстрел сбежались соседи.
— Нехорошо получилось, — сказал Галактион.
Заал сердито взглянул на него.
— Какая надобность была ехать в этот проклятый дом? И так все известно.
— Что известно? — спросил Галактион.
— Все. — Заал пошел к дому. — Мне надо позвонить прокурору.
Следственно-оперативная группа обнаружила в сарае четырнадцать рулонов «Ариадны» и, закончив с сараем, перешла вместе с прокурором и понятыми в дом. Я терялся в догадках, те ли это рулоны, которые грузили в машину на швейной фабрике при мне, но не решался задавать вопросы Заалу.
Он сидел на пне в тени ореха и смотрел на одиноко парящего в голубом небе коршуна.
— У тебя нет впечатления, что мы разрушили планы Заала? — спросил я Галактиона.
— Есть, Серго, есть, — ответил Галактион и горячо добавил: — Не признаю я никаких планов, если невиновный человек томится в тюрьме! К черту такие планы!
Заал встал и медленно подошел к нам.
— Не думал, что все так обернется. Как этот негодяй ухитрился завезти ткань? — сказал он. — Придется арестовать не только Коберидзе, но и Мшвениерадзе с пособниками.
— Придется?! — вскипел Галактион.
— Придется, — ответил Заал. — Я не имел права арестовывать их. Проводится крупная операция. В масштабах республики, а может быть, в масштабах Союза. Вынужден буду докладывать министру.
— Операция в масштабах республики! Что значит судьба одного человека в масштабах республики, тем более Союза?! Знаешь ли ты, Заал, что честный парень, хороший специалист, пока вы проводите свою крупную операцию, сидит в тюрьме из-за таких, как этот Коберидзе?
— Нет, — сказал Заал.
— Ты не слышал о Карло Торадзе, инженере с Тбилисской швейной фабрики?
— Нет же. Я ограничен районом.
— Серго тебе все расскажет. А ты помоги ему во всем, что касается Карло Торадзе. Шавгулидзе я тоже позвоню.
Я был ошеломлен. Я даже мысли допустить не мог, что веду параллельное с милицией расследование.
На следующий день после ареста Коберидзе, Мшвениерадзе и его подручных я располагал подтверждениями невиновности Карло. Я собрался покинуть Марнеули и на прощанье зашел в райком.
В кабинете Галактиона у окна, закрывая чуть ли не весь проем, стоял удрученный Заал.
— Видишь ли, Серго, какая история, — сказал Галактион. — Заал получил выговор от министра. Завтра в Марнеули приезжает представитель МВД то ли республики, то ли Союза.
— Ты не звонил Шавгулидге? — спросил я.
— Звонил. Боюсь, что тебе не разрешат использовать материалы следствия.
— Может быть, мне дождаться представителя МВД?
— Дождись, конечно.
— Это ничего не даст, — сказал Заал.
— Какой же выход?
— А вот какой. Напечатай в газете статью о Карло Торадзе. — сказал Галактион. — Я бы так поступил.
— Я же поставлю под удар Заала.
— Придется выбирать, что важнее. Заал, ты как считаешь? Это был запрещенный прием. Заал и без того нарушил служебную дисциплину. Не говоря о преждевременных арестах, он предоставил мне материалы следствия, хотя и не имел на это права. Более того, он ответил на многие мои вопросы. Обнаруженные в сарае Коберидзе рулоны «Ариадны» были завезены накануне. Налаженную систему Санадзе его компаньоны подрыли изнутри. Благодаря безнаказанности они стали заниматься хищением. Я считал, что Заал помог мне, не желая портить отношений с первым секретарем райкома партии. Но, как бы ни было, его поступок стал проступком, за который он, несомненно, поплатился бы. Поэтому я сказал Галактиону: