Рывок за волосы верх, что бы поставить меня на ноги. Брезгливо стряхивает мои вырванные волосы на пол, что застряли у него между пальцев.
– Ты сука поплатишься за каждую минуту своего побега.Достаёт что-то из кармана и присаживается на корточки. Это не сулит ничего хорошего. В панике пытаюсь от него уйти.– Не двигайся тварь. – поймал меня за ногу от чего я свалилась на пол. – Думала со мной поиграть детка? Не выйдет, я всегда на шаг впереди. – рывком притянул меня к себе.Не сразу понимаю что у него в руках. Холодный металлический ободок, который он одним движением, застегнул на моей лодыжке. От чего раздался характерный писк и загорелась красная лампочка.– Это будет с тобой, пока я не буду убеждён, что в твою симпатичную головку не прейдёт мысль снова бежать от меня. А значит, это на долго, привыкай. Надеюсь объяснять то, что когда его будешь пытаться снимать он бьёт током не нужно? Разряда хватит вырубить тебя на пару минут, советую не проверять.Рывок за волосы, что бы я смотрела прямо на него. Опускает руку на шею и уже с полной силой начинает душить. Хватаю его руку, пытаюсь оторвать от моей шеи, но он лишь сдавливает сильнее.– Сейчас мы вылетаем домой милая, и там тебе будет очень не сладко.Резко бросает на пол и я падаю на колени закашливаясь.– Хватит, Артур нам нужно вылетать. – слышу голос Амира. Я и забыла что у нас есть зритель.
– Но почему же, моя будущая жена должна привыкать ко мне. Чем раньше она поймет что я не люблю такие игры, тем лучше.Амир засмеялся и вышел, предварительно бросив.– Не убей её. – в его голосе насмешка. – Отцу не понравиться.
В его взгляде нет ни капли жалости ко мне. Такой же больной ублюдок, как и его брат. Для него нет ничего странного в избитой заплаканной девушке. В их семье это норма?
Артур наматывает волосы на кулак и тянет за собой, не дождавшись пока я встану на ноги. Ждать помощи от кого либо мне не приходиться. Я трезво смотрю реальности в глаза. Меня искала полиция, а значит, это его люди, купленные им за деньги.
Протащив меня метров пять, ему надоело. Рванул вверх что бы я стала на ноги и потянул за сбой следом. Ели успеваю перебирать ногами. Его никто не останавливает на нашем пути, все делают вид, что ничего не происходит.***
Назад в Тампу мы летели на частном семейном самолёте Батумов. Я сидела возле Артура ни проронив ни слова. Смотрела в окно избегая любого контакта с ним. Ещё как только мы начали взлетать он надел на меня кольцо, уже новое.На удивление, он немного успокоился и даже предложил мне поесть. Я попросила всего лишь попить. Артур не стал настаивать, просто подозвал стюардессу и попросил принести воды. Когда пила, мне показалось что у воды есть странный привкус. Уже через две минуты мои веки начали закрываться.– Что ты мне дал? – заплетающим языком спросила.– Тебе нужно поспать, там снотворное. – спокойно сказал Артур.
Это последнее, что я услышала перед тем как отключиться.Пришла в себя уже в доме. Пыталась вспомнить как, попала сюда, но ничего не выходило.
– Мария, мне нужно отъехать. Ты же понимаешь что твоё место нахождения я теперь знаю посекундно? И уж тем более замечу если ты попытаешься снять браслет. – проговорил он одевая пиджак.
Рядом с ним стояла маленькая женщина, лет сорока, с покорно опущенной головой вниз.– Это Ануш, она тебе покажет и расскажет про все здесь. Если что нужно, обращайся к ней. Я приеду вечером, и будь готова, разговор у нас с тобой будет не из лёгких.Развернулся и ушёл. Вот так оставляя меня в страхе, что скоро настанет вечер, намекнув что мои мучения только начались.
Ануш оказалась приятной женщиной, но очень неразговорчивой. Она избегала контакта со мной. На мой вопрос много ли у её хозяина было женщин, и как часто он мог поднять руку на них, она и вовсе перестала со мной говорить.Порадовало то что Артур мне выделил отдельную комнату. Значить до свадьбы мы будем жить раздельно. И это даст мне время обдумать все, и понять что делать дальше.Когда осталась одна, немного осмотрелась. Комната была большая. Преобладали светлые пастельные тона. Все в современном стиле. По центру стояла большая двуспальная кровать. Надеюсь она только для меня. Ничего не привлекало здесь внимание, как гардеробная. Я рискнула посмотреть что там.
Она просто ломились от одежды. Там было все, начиная от трусов и заканчивая тёплой курткой. Хотя как такового холода в Тампе нет.Не стала там копаться, меня никогда не интересовали материальные вещи.
Самым лучшим решением было принять душ и снова лечь спать. Меня клонило в сон, скорее всего действие снотворного еще не закончилось, что мне на руку.Отыскала белую футболку и спортивны штаны. Меньше всего хочется быть привлекательной и уж тем более голой. После душа легла в кровать, даже не высушив волосы. Планировать что-нибудь не было сил, так что я просто отключилась.Второй раз за день пришла в себя, когда почувствовала чужое прикосновение на ноге. От испуга попыталась её выдернуть, но хватка усилилась не дав мне хоть как-то пошевелить ею.– Тихо. – приказ.Его руки продолжают подниматься выше заставляя моё тело дрожать от страха.– Ты девственница? – неожиданный вопрос.– Что прости? – я переспросила дрожащий голосом.– Я что-то не ясно спросил? – начинает злиться. – В контракте, который ты подписала есть такой пункт. Он самый главный. Дмитрий должен был проследить за этим. Но теперь я ему не верю. Так что завтра, тебя осмотрит врач.– Я не игрушка. И если ты думаешь что я...– Ты моя будущая жена, и ты моя игрушка, называй это как, хочешь. Пора из маленькой девочки становиться мудрой женщиной. Моей женщиной. Тебе многому нужно научиться, но ты справишься.– Я не твоя вещь! – возмутилась я. Но это больше его рассмешило чем он воспринял всерьез.– Да как сказать, в контракте сказано, что если ты откажешься от всего, ты будешь должна мне компенсацию в размере пяти миллионов долларов. Дмитрий читал контракт, он знал все условия, и считал что ты вещь. Он продал я, купил. Бизнес детка, ничего личного.– Но так же, нельзя... Почему я? Это не законно, я обращусь в суд... – начала я, но он меня перебил.– Хотел бы я ответить почему ты... – на секунду задумался, но потом продолжил. – Завтра к десяти утра будет врач, будь готова к этому. – провел рукой по моему бедру вверх. Одежда не спасала, его прикосновения обжигали кожу.